часовой вздрогнув, я оглянулся. сказано было мне. справа я увидел скошенные зрачки часового, стоящего в нише рядом с лестницей. а в сантиметрах от моего бока сверкало жало штыка, на который я чуть не напоролся. в испуге я отшатнулся. щурясь на солнце, мы с братом вышли из мавзолея и спустились в метро площадь революции. уже в вагоне электрички, вспоминая эпизод с часовым, я думал: не нарушил ли он регламент, подавши мне голос? им, небось, помалкивать полагается? мог ведь молча отклонить штык, да тоже, наверное, нельзя? все-таки он молодец, что оберег меня, - заключил я свои наивные размышления...