По този начин отправям ясно послание за това, че съгласно принципа на субсидиарност единствено самите 27 държави-членки могат да уреждат нормативно такива чувствителни въпроси.
Dal jsem tím jasně najevo, že v souladu se zásadou subsidiarity je jediným zákonodárcem v těchto citlivých otázkách každý jeden z 27 členských států.