And that is not all. Twenty years ago he would have found in that kind of literature signs of the struggle with authority and of an outlook centuries old, and from that struggle would have deduced that something else had existed; but as it is, he stumbles on a kind of literature that does not even deign to dispute the old point of view, saying straight off, "There is nothing but evolution, selection, the struggle for existence, and nothing more"!
И мало того: лет двадцать тому назад он нашел бы в этой литературе признаки борьбы с авторитетами, с вековыми воззрениями, он бы из этой борьбы понял, что было что-то другое; но теперь он прямо попадает на такую, в которой даже не удостоивают спором старинные воззрения, а прямо говорят: ничего нет, evolution, подбор, борьба за существование -- и все.