Yet even without looking in the glass she thought it might not be too late even now. She remembered Koznyshev, who was particularly amiable to her; Steve's friend the good-natured Turovtsin, who had helped her nurse her children when they had scarlet fever and who was in love with her; and then there was a very young man who considered – so her husband told her as a joke – that she was the handsomest of the three sisters.
Но и не глядясь в зеркало, она думала, что и теперь еще не поздно, и она вспомнила Сергея Ивановича, который был особенно любезен к ней, приятеля Стивы, доброго Туровцына, который вместе с ней ухаживал за ее детьми во время скарлатины и был влюблен в нее. И еще был один совсем молодой человек, который, как ей шутя сказал муж, находил, что она красивее всех сестер.