He could no longer find forgetfulness in sleep, at any rate not before night, could not go back to the music and the songs of the little decanter-women, consequently he must seek forgetfulness in the dream of life.
Забыться сном уже нельзя, по крайней мере до ночи, нельзя уже вернуться к той музыке, которую пели графинчики-женщины; стало быть, надо забыться сном жизни,