Only one of his relatives, Sergius Ivanich, visited him that summer – and he was a man of the Koznyshev type and not a Levin, so that the Levin spirit was quite overwhelmed.
Из его родных гостил в это лето у них один Сергей Иванович, но и тот был не левинского, а кознышевского склада человек, так что левинский дух совершенно уничтожался.