When the Prince flared up she kept silent, feeling shame for her mother and tenderness toward her father because of his immediate return to kindliness; but when her father left the room she was ready for the chief thing needful, which was to go to Kitty and comfort her.
Во время взрыва князя она молчала; она чувствовала стыд за мать и нежность к отцу за его сейчас же вернувшуюся доброту; но когда отец ушел, она собралась сделать главное, что было нужно, -- идти к Кити и успокоить ее.