Some people said that she had made for herself a position in Society by her pose as a philanthropic and highly religious woman; others said that she really was the highly moral being, living only to do good, that she seemed to be.
И одни говорили, что мадам Шталь сделала себе общественное положение добродетельной, высокорелигиозной женщины; другие говорили, что она была в душе то самое высоконравственное существо, жившее только для добра ближнего, каким она представлялась.