Dolly observed all this luxury, which was new to her, and, as a housewife herself controlling a household, she could not help noting the details (though she had no hope of putting what she observed to practical use in her own home, so far was such luxury above her way of life) and asking herself how it was all done and by whom.
Дарья Александровна наблюдала эту новую для себя роскошь и, как хозяйка, ведущая дом, -- хотя и не надеясь ничего из всего виденного применить к своему дому, так это все по роскоши было далеко выше ее образа жизни, -- невольно вникала во все подробности и задавала себе вопрос, кто и как это все сделал.