Sight-seeing, apart from the fact that he had already seen everything, had for him – a Russian and an intelligent man – none of that inexplicable importance the English manage to attach to it.
Осматривание достопримечательностей, не говоря о том, что все уже было видено, не имело для него, как для русского и умного человека, той необъяснимой значительности, которую умеют приписывать этому делу англичане.