Do I not know beforehand that my friends would never allow me to go so far as to fight a duel, would not allow a statesman whom Russia needs to expose himself to danger?
Разве я не знаю вперед, что мои друзья никогда не допустят меня до дуэли -- не допустят того, чтобы жизнь государственного человека, нужного России, подверглась опасности?