But then she felt that the one word forbade showed that she claimed certain rights over him, thereby encouraging him to speak of love. 'I have long wanted to say that to you,' she went on, looking resolutely into his eyes, her face all aglow and suffused with a burning blush, 'and today I came on purpose, knowing I should meet you here.
-- Вы помните, что я запретила вам произносить это слово, это гадкое слово, -- вздрогнув, сказала Анна; но тут же она почувствовала, что одним этим словом: запретила она показывала, что признавала за собой известные права на него и этим самым поощряла его говорить про любовь. -- Я вам давно это хотела сказать, -- продолжала она, решительно глядя ему в глаза и вся пылая жегшим ее лицо румянцем, -- а нынче я нарочно приехала, зная, что я вас встречу.