Had it not been for this ever-increasing desire for freedom – not to have a scene each time he had to go to town to a meeting or to the races – Vronsky would have been quite content with his life.
Если бы не это все усиливающееся желание быть свободным, не иметь сцены каждый раз, как ему надо было ехать в город на съезд, на бега, Вронский был бы вполне доволен своею жизнью.