He felt so cheerful that, contrary to his custom, he allowed a reduction to the bargaining lady and gave up catching moths, having made up his mind to have his furniture re-covered next winter with velvet, like Sigonin's.
Ему стало так весело, что он, противно своим правилам, сделал уступку торговавшейся барыне и перестал ловить моль, окончательно решив, что к будущей зиме надо перебить мебель бархатом, как у Сигонина.