He again watched her face, trying not to read what was so plainly written on it, but against his will he read in it with horror that which he did not want to know.
Он опять вглядывался в это лицо, стараясь не читать того, что так ясно было на нем написано, и против воли своей с ужасом читал на нем то, чего он не хотел знать.