It was now clear to him that though Metrov's views might perhaps be of importance, his own ideas were of importance too, and these views could be formulated and lead to results only if each of them worked separately along the lines he had selected, but communicating them to one another could not lead to any result.
Ему теперь ясно было, что хотя мысли Метрова, может быть, и имеют значение, но и его мысли также имеют значение; мысли эти могут уясниться и привести к чему-нибудь, только когда каждый будет отдельно работать на избранном пути, а из сообщения этих мыслей ничего выйти не может.