'The two words are... however, it's nothing particular,' said Levin, and his face became almost vicious in his efforts to overcome his shyness.
-- Два слова вот какие, -- сказал Левин, -- впрочем, ничего особенного. Лицо его вдруг приняло злое выражение, происходившее от усилия преодолеть свою застенчивость.