He laughed at the way she placed the furniture that had been brought from Moscow, and rearranged his and her own rooms, hung up curtains, decided about rooms for future visitors and for Dolly, arranged the room for her new maid, gave orders about dinner to the old cook, and entered into discussions with Agatha Mikhaylovna, taking the commissariat into her own hands.
Он посмеивался над тем, как она расставляла мебель, привезенную из Москвы, как убирала по-новому свою и его комнату, как вешала гардины, как распределяла будущее помещение для гостей, для Долли, как устраивала помещение своей новой девушке, как заказывала обед старику повару, как входила в препирания с Агафьей Михайловной, отстраняя ее от провизии.