Stremov suddenly changed over to Karenin's side, bringing several other members in his train, and not only warmly supported the measures advocated by Karenin, but proposed other more extreme measures of the same nature.
Стремов, увлекши за собой некоторых других членов, вдруг перешел на сторону Алексея Александровича и с жаром не только защищал приведение в действие мер, предлагаемых Карениным, но и предлагал другие крайние в том же духе.