MEANWHILE VASILY LUKICH, who had not at first understood who the lady was, having realized from what he heard that she was the mother who had left her husband and whom he, having come to the house only after she had left it, had never seen, hesitated whether to go in or not, or whether to tell Karenin.
Василий Лукич между тем, не понимавший сначала, кто была эта дама, и узнав из разговора, что это была та самая мать, которая бросила мужа и которую он не знал, так как поступил в дом уже после нее, был в сомнении, войти ли ему, или нет, или сообщить Алексею Александровичу.