As soon as he reached Petersburg people began to talk about him as a rising star of the first magnitude: Of the same age as Vronsky, and his messmate, Serpukhovskoy was already a General expecting an appointment that might have an influence on State affairs; while Vronsky, though independent and brilliant and beloved by an enchanting woman, remained only a Cavalry Captain and was allowed to be as independent as he pleased.
Как только он приехал в Петербург, заговорили о нем как о вновь поднимающейся звезде первой величины. Ровесник Вронскому и однокашник, он был генерал и ожидал назначения, которое могло иметь влияние на ход государственных дел, а Вронский был хоть и независимый, и блестящий, и люби-- мый прелестною женщиной, но был только ротмистром, которому предоставляли быть независимым сколько ему угодно.