I know you to be a really high-minded man,' said Betsy, stopping short in the little sitting-room and once again pressing his hand with peculiar warmth. 'I am only an outsider, but am so fond of her and respect you so much that I will take the liberty of advising you.
Я знаю вас за истинно великодушного человека, -- сказала Бетси, остановившись в маленькой гостиной и особенно крепко пожимая ему еще раз руку. -- Я посторонний человек, но я так люблю ее и уважаю вас, что я позволяю себе совет.