'Nor do I,' said the Prince. 'I was living abroad and read the papers, and must own that I could not at all understand why, even before the Bulgarian atrocities, all Russians suddenly grew so fond of their Slavonic brothers, while I don't feel any love for them.
-- Вот и я, -- сказал князь. -- Я жил за границей, читал газеты и, признаюсь, еще до болгарских ужасов никак не понимал, почему все русские так вдруг полюбили братьев славян, а я никакой к ним любви не чувствую?