Oblonsky evidently wanted the same thing, and on his face Levin noticed the preoccupation, which every true sportsman feels before the shooting begins, and also a little good-natured cunning, characteristic of him.
Степан Аркадьич, очевидно, желал того же, и на его лице Левин видел выражение озабоченности, которое всегда бывает у настоящего охотника пред началом охоты, и некоторой свойственной ему добродушной хитрости.