Under the influence of anger he had evidently regained perfect self-possession. 'But I repeat again what I then told you and subsequently wrote,' he went on in a shrill thin voice, 'I again repeat that I will not know it, I ignore it as long as it is not known to the rest of the world, as long as my name is not dishonoured.
Я игнорирую это. Не все жены так добры, как вы, чтобы так спешить сообщать столь приятное известие мужьям. -- Он особенно ударил на слове "приятное". -- Я игнорирую это до тех пор, пока свет не знает этого, пока мое имя не опозорено.