In the grounds, what first met Vronsky's eyes were the soldier-singers in their white linen uniforms, standing beside a cask of vodka, then the jolly, healthy figure of the C.O. surrounded by his officers. Having come out on the top step of the verandah, he was gesticulating and above the noise of the band (which was playing a quadrille of Offenbach's) was loudly giving orders to some soldiers who were standing somewhat apart.
На дворе первое, что бросилось в глаза Вронскому, были песенники в кителях, стоявшие подле бочонка с водкой, и здоровая веселая фигура полкового командира, окруженного офицерами; выйдя на первую ступень балкона, он, громко перекрикивая музыку, игравшую оффенбаховскую кадриль, что-то приказывал и махал стоявшим в стороне солдатам.