Vasenka greatly admired the Don Steppe horse attached on the left. He went into raptures over it. 'How delightful it must be to gallop across the Steppes on a Steppe horse, eh? Don't you think so?' he said. He seemed to picture a gallop on a Steppe horse as something wild and poetical; nothing came of it, but his naïveté, in connection with his good looks; sweet smile, and graceful movements, was very attractive. Whether it was that Veslovsky's nature was congenial to him, or that, to expiate his sin of yesterday, he tried to see only what was good in him, Levin liked Veslovsky's company.
Что-то такое он представлял себе в езде на степной лошади дикое, поэтическое, из которого ничего не выходило; но наивность его, в особенности в соединении с его красотой, милою улыбкой и грацией движений, была очень привлекательна. Оттого ли, что натура его была симпатична Левину, или потому, что Левин старался в искупление вчерашнего греха найти в нем все хорошее, Левину было приятно с ним.