Whether I am right or wrong, that pride which you so despise makes any thought of your sister impossible for me – do you understand me? – perfectly impossible.'
Но, прав я или неправ, эта гордость, которую вы так презираете, делает то, что для меня всякая мысль о Катерине Александровне невозможна, -- вы понимаете, совершенно невозможна.