Previously he had remembered the others' names, but now he had quite forgotten them, chiefly because Enoch was his favourite in the whole Old Testament, and attached to Enoch's being taken up to Heaven there was a long string of thought in his head, which now occupied his mind while he looked fixedly at his father's watch-chain and at a half-unfastened button of his waistcoat.
Прежде он помнил имена, но теперь забыл совсем, в особенности потому, что Енох был любимое его лицо изо всего Ветхого завета, и ко взятию Еноха живым на небо в голове его привязывался целый длинный ход мысли, которому он и предался теперь, остановившимися глазами глядя на цепочку часов отца и до половины застегнутую пуговицу жилета.