The waiter, remembering Oblonsky's way of calling the items on the French menu by their Russian names, did not repeat the words after him, but afterwards allowed himself the pleasure of repeating the whole of the order according to the menu: 'Potage printanier, turbot, sauce Beaumarchais, boeuf, poularde à l'estragon, macédoine de fruits...' and immediately, as if moved by springs, he put down the bill of fare in one cardboard cover, and seizing another containing the wine-list held it out to Oblonsky.
Татарин, вспомнив манеру Степана Аркадьича не называть кушанья по французской карте, не повторял за ним, но доставил себе удовольствие повторить весь заказ по карте: "Суп прентаньер, тюрбо сос Бомарше, пулард а лестрагон, маседуан де фрюи..." -- и тотчас, как на пружинах, положив одну переплетенную карту и подхватив другую, карту вин, поднес ее Степану Аркадьичу.