However, in the morning everything was right; and toward nine o'clock – the hour till which the priest had been asked to defer mass – the children, beaming with joy, stood in all their finery by the carriage at the porch, waiting for their mother.
Наутро, однако, все устроилось, и к девяти часам -- срок, до которого просили батюшку подождать с обедней, -- сияющие радостью, разодетые дети стояли у крыльца пред коляской, дожидаясь матери.