He recalled how despite the ridicule of his fellow-students his brother had lived like a monk while at the University and for a year after, strictly observing all the religious rites, attending service, fasting, avoiding all pleasures and especially women; and then how he suddenly broke loose, became intimate with the vilest people and gave himself up to unbridled debauchery.
Вспоминал он, как брат в университете и год после университета, несмотря на насмешки товарищей, жил как монах, в строгости исполняя все обряды религии, службы, посты и избегая всяких удовольствий, в особенности женщин; и потом как вдруг его прорвало, он сблизился с самыми гадкими людьми и пустился в самый беспутный разгул.