This discovery, which suddenly explained to her those hitherto incomprehensible families where there were only one or two children, awoke in her so many thoughts, reflections and contradictory feelings that she could say nothing, and only stared at Anna with wide-open eyes full of astonishment.
Открытие это, вдруг объяснившее для нее все те непонятные для нее прежде семьи, в которых было только по одному и по два ребенка, вызвало в ней столько мыслей, соображений и противоречивых чувств, что она ничего не умела сказать и только широко раскрытыми глазами удивленно смотрела на Анну.