He read the letter over and was satisfied with it, especially with having remembered to enclose the money; there was not a single cruel word or threat in it, yet it was not yielding in tone.
Он прочел письмо и остался им доволен, особенно тем, что он вспомнил приложить деньги; не было ни жестокого слова, ни упрека, но не было и снисходительности.