'The servant of God, Constantine, is betrothed to the servant of God, Catherine,' and having put a big ring on Kitty's slender, rosy finger, pathetic in its weakness, the priest repeated the same words.
"Обручается раб божий Константин рабе божией Екатерине". И, надев большое кольцо на розовый, маленький, жалкий своею слабостью палец Кити, священник проговорил то же.