The old man went along holding himself erect, moving with regular, long steps, turning out his toes, and with a precise and even motion that seemed to cost him no more effort than swinging his arms when walking, he laid the grass in a level high ridge, as if in play or as if the sharp scythe of its own accord whizzed through the juicy grass.
Старик, прямо держась, шел впереди, ровно и широко передвигая вывернутые ноги, и точным и ровным движеньем, не стоившим ему, по-видимому, более труда, чем маханье руками на ходьбе, как бы играя, откладывал одинаковый, высокий ряд. Точно не он, а одна острая коса сама вжикала по сочной траве.