She sat down at her writing-table, but instead of writing she folded her arms on the table and put her head on them, and began to cry, sobbing with her whole bosom heaving, as a child cries.
Она села к письменному столу, но, вместо того чтобы писать, сложив руки на стол, положила на них голову и заплакала, всхлипывая и колеблясь всей грудью, как плачут дети.