This time Levin did not reply, not because he did not wish to enter upon a discussion with a priest, but because no one had ever yet put such questions to him; and also because, before his little one could begin asking such questions, there would be plenty of time to consider what the answers should be.
Левин ничего не отвечал теперь -- не потому, что он не хотел вступать в спор со священником, но потому, что никто ему не задавал таких вопросов; а когда малютки его будут задавать эти вопросы, еще будет время подумать, что отвечать.