When the Countess Nordston took the liberty of hinting that she had hoped for something better, Kitty got so heated and proved so convincingly that no one on earth could be better than Levin, that the Countess had to admit it, and thereafter never encountered Levin in Kitty's presence without a smile of delight.
Когда графиня Нордстон позволила себе намекнуть о том, что она желала чего-то лучшего, то Кити так разгорячилась и так убедительно доказала, что лучше Левина ничего не может быть на свете, что графиня Нордстон должна была признать это и в присутствии Кити без улыбки восхищения уже не встречала Левина.