Already in her loving, truthful face he could read that what he was going to tell her would lead to nothing, yet he felt that he still wanted to hear her disavowal.
Он уже видел по ее любящему правдивому лицу, что ничего не может выйти из того, что он намерен был сказать, но ему все-таки нужно было, чтоб она сама разуверила его.