And though it occurred to him at once how senseless was his prayer that they should not be killed by the oak that had already fallen, he repeated it, knowing that he could do nothing better than utter that senseless prayer.
И хотя он тотчас же подумал о том, как бессмысленна его просьба о том, чтоб они не были убиты дубом, который уже упал теперь, он повторил ее, зная, что лучше этой бессмысленной молитвы он ничего не может сделать.