There was no one in church except peasants, innkeepers and their womenfolk; but Dolly saw, or thought she saw, the rapture produced in them by her children and herself.
В церкви никого, кроме мужиков и дворников и их баб, не было. Но Дарья Александровна видела, или ей казалось, что видела, восхищение, возбуждаемое ее детьми и ею.