She heard Vronsky's vehement ring at the front door and quickly dried her eyes. She even sat down near the lamp and opened a book, pretending to be tranquil.
Она услыхала порывистый звонок Вронского и поспешно утерла эти слезы, и не только утерла слезы, но села к лампе и развернула книгу, притворившись спокойною.