The morning after the races he woke late, and without having a bath or shaving he put on a linen tunic and, spreading out before him his money, his accounts, and his bills and letters, he set to work.
Проснувшись поздно на другой день после скачек, Вронский, не бреясь и не купаясь, оделся в китель и, разложив на столе деньги, счеты, письма, принялся за работу.