Some of those very peasants who had disputed with him about the hay – whom either he had wronged or who had tried to cheat him – those very peasants had bowed pleasantly to him, evidently not harbouring, and unable to harbour, any ill-will toward him, being not only unrepentant but even forgetful that they had been trying to cheat him.
Некоторые из тех самых мужиков, которые больше всех с ним спорили за сено, те, которых он обидел, или те, которые хотели обмануть его, эти самые мужики весело кланялись ему и, очевидно, не имели и не могли иметь к нему никакого зла или никакого не только раскаяния, но и воспоминания о том, что они хотели обмануть его.