He did not undress, but paced up and down with his even step on the resounding parquet floor of the dining-room, which was lit by one lamp, over the carpet of the dark drawing-room, where a light was reflected only from a recently painted portrait of himself which hung above the sofa, and on through her sitting-room, where two candles were burning, lighting up the portraits of her relatives and friends and the elegant knick-knacks, long familiar to him, on her writing-table.
Он, не раздеваясь, ходил своим ровным шагом взад и вперед по звучному паркету освещенной одною лампой столовой, по ковру темной гостиной, в которой свет отражался только на большом, недавно сделанном портрете его, висевшем над диваном, и чрез ее кабинет, где горели две свечи, освещая портреты ее родных и приятельниц и красивые, давно близко знакомые ему безделушки ее письменного стола.