But the door had opened more than ten times and each time it turned out to be a guest who had been detained and now joined the crowd on the right, or a spectator who had managed to deceive or soften the heart of the police officer and who joined the throng of strangers on the left; and both relatives and spectators had passed through every phase of anticipation.
Но дверь уже отворялась более чем десять раз, и каждый раз это был или запоздавший гость или гостья, присоединявшиеся к кружку званых, направо, или зрительница, обманувшая или умилостивившая полицейского офицера, присоединявшаяся к чужой толпе, налево. И родные и посторонние уже прошли чрез все фазы ожидания.