There was not a single moment when it was necessary to seek for a subject of conversation; on the contrary one felt that there was not time enough to say what one wanted to say, but willingly refrained in order to hear what she was saying.
Не только не было ни одной минуты, чтобы надо было отыскивать предмет для разговора, но, напротив, чувствовалось, что не успеваешь сказать того, что хочешь, и охотно удерживаешься, слушая, что говорит другой.