And in order not to blame the father with whom he lived and upon whom he depended, and above all not to give way to the sensibility which he considered so degrading, Serezha tried not to look at that uncle, who had come to upset his peace of mind, and not to think of what was called to mind by the sight of him.
И чтобы не осуждать того отца, с которым он жил и от которого зависел, и, главное, не предаваться чувствительности, которую он считал столь унизительною, Сережа старался не смотреть на этого дядю, приехавшего нарушать его спокойствие, и не думать про то, что он напоминал.