Having- left the cares of home and estate behind him, Levin experienced such a strong sense of the joy of life and anticipation, that he felt disinclined to talk.
Левин испытывал теперь, оставив позади себя все заботы семейные и хозяйственные, такое сильное чувство радости жизни и ожиданья, что ему не хотелось говорить.