The naive peasant, the cowman Ivan, quite understood Levin's offer of letting him and his family have a share in the profits of the dairy farm, and quite sympathized with this undertaking: but when Levin impressed upon him the benefit that would accrue to him in the future, a look of anxiety and regret that he could not stop to listen to it all appeared on Ivan's face, and he hurriedly remembered some task that could not be put off, seized a hay-fork to remove the hay from the enclosure, fetched water, or cleared away the manure.
Наивный мужик Иван-скотник, казалось, понял вполне предложение Левина -- принять с семьей участие в выгодах скотного двора -- и вполне сочувствовал этому предприятию. Но когда Левин внушал ему будущие выгоды, на лице Ивана выражалась тревога и сожаление, что он не может всего дослушать, и он поспешно находил себе какое-нибудь не терпящее отлагательства дело: или брался за вилы докидывать сено из денника, или наливать воду, или подчищать навоз.