But the louder he spoke the lower she drooped her once proud, bright, but now dishonoured head, and she writhed, slipping down from the sofa on which she sat to the floor at his feet. She would have fallen on the carpet if he had not held her.
Но чем громче он говорил, тем ниже она опускала свою когда-то гордую, веселую, теперь же постыдную голову, и она вся сгибалась и падала с дивана, на котором сидела, на пол, к его ногам; она упала бы на ковер, если б он не держал ее.