'To-day it will end, you'll see,' said Mary Nikolavna in a whisper, but so that the invalid, whose senses were very acute, was, as Levin saw, sure to hear her.
-- Нынче кончится, посмотрите, -- сказала Марья Николаевна хотя и шепотом, но так, что больной, очень чуткий, как замечал Левин, должен был слышать ее.