'Yes, it is very true,' Oblonsky agreed when Karenin, taking off the pince-nez without which he could no longer read, looked up inquiringly at his former brother-in-law. 'It is very true in detail, but all the same the principle of to-day is Freedom.'
-- Да, это очень верно, -- сказал он, когда Алексей Александрович, сняв pince-nez, без которого он не мог читать теперь, вопросительно посмотрел на бывшего шурина, -- это очень верно в подробностях, но все-таки принцип нашего времени -- свобода.