Laska, who had long been whining plaintively, as if complaining of the injustice, rushed straight forward to a likely spot covered with hummocks and known to Levin, where Krak had not yet been.
Ласка, уже давно жалобно визжавшая и жаловавшаяся на несправедливость, понеслась вперед прямо к надежному, знакомому Левину кочкарнику, в который не заходил Крак.