It never entered his head to consider all these details and imagine how that body was lying under the blanket, how the emaciated, doubled-up shins, loins, and back were placed, and whether it would not be possible to place them more comfortably or do something, if not to make him comfortable, at least to make his condition a little more tolerable.
Ему и в голову не приходило подумать, чтобы разобрать все подробности состояния больного, подумать о том, как лежало там, под одеялом, это тело, как, сгибаясь, уложены были эти исхудалые голени, кострецы, спина и нельзя ли как-нибудь лучше уложить их, сделать что-нибудь, чтобы было хоть не лучше, но менее дурно.