Oblonsky gave a scarcely perceptible smile on noticing the quick change, so familiar to him, in Levin's face, which became as gloomy as it had been bright a moment before.
Степан Аркадьич чуть заметно улыбнулся, уловив мгновенную и столь знакомую ему перемену в лице Левина, сделавшегося столь же мрачным, сколько он был весел минуту тому назад.