Levin listened to them and at the same time involuntarily thought of the past and of what had been going on before that morning, remembering himself as he had been yesterday before this event.
Левин слушал их и, невольно при этих разговорах вспоминая прошедшее, то, что было до нынешнего утра, вспоминал и себя, каким он был вчера до этого.