There was only one possible and necessary way out of it, on which Vronsky decided without a moment's hesitation: to borrow ten thousand roubles from a money-lender, which he could easily do, to cut down his expenses, and to sell his racehorses.
Было возможно и должно одно, на что Вронский и решился без минуты колебания: занять деньги у ростовщика, десять тысяч, в чем не может быть затруднения, урезать вообще свои расходы и продать скаковых лошадей.