She had scarcely time to go to her dressing-room, put powder on her long pale face and rub it off again, smarten herself up, and order tea to be served in the big drawing-room, before one carriage after another began to arrive at the door of her immense house on the Great Morskaya.
Только что успела она войти в свою уборную, обсыпать свое длинное бледное лицо пудрой, стереть ее, оправить прическу и приказать чай в большой гостиной, как уж одна за другою стали подъезжать кареты к ее огромному дому на Большой Морской.