He addressed Vronsky as 'Your Excellency,' and never stayed to dinner, though Anna and Vronsky both invited him, and he never came except for a sitting.
Он называл Вронского -- ваше сиятельство и никогда, несмотря на приглашения Анны и Вронского, не оставался обедать и не приходил иначе, как для сеансов.