And the longer it lasted the stronger grew both his moods: out of her presence he became calmer, quite forgetting her, and at the same time both her sufferings and his feeling of the impossibility of helping her became more and more poignant.
И чем дальше шло время, тем сильнее становились оба настроения: тем спокойнее, совершенно забывая ее, он становился вне ее присутствия, и тем мучительнее становились и самые ее страдания и чувство беспомощности пред ними.