Being a very kind-hearted man he seldom got angry, but when he did, and when his chin twitched, then he was dangerous, as Alexander Vronsky knew.
Он, как человек с очень добрым сердцем, сердился редко, но когда сердился и когда у него дрожал подбородок, то, как это и знал Александр Вронский, он был опасен.