She remembered that partly sincere but greatly exaggerated role of a mother living for her son which she had assumed during the last five years; and felt with joy that in the position in which she found herself she had still one stay, independent of her relations with her husband and Vronsky.
Она вспомнила ту, отчасти искреннюю, хотя и много преувеличенную, роль матери, живущей для сына, которую она взяла на себя в последние годы, и с радостью почувствовала, что в том состоянии, в котором она находилась, у ней есть держава, независимая от положения, в которое она станет к мужу и к Вронскому.