Levin followed, trying not to lag behind, but it became harder and harder until at last the moment came when he felt he had no strength left, and then Titus again stopped and began whetting his scythe.
Левин шел за ним, стараясь не отставать, и ему становилось все труднее и труднее: наступала минута, когда, он чувствовал, у него не остается более сил, но в это самое время Тит останавливался и точил.