Swinging his scythe just as usual, taking short steps with feet shod in large bark-plaited shoes, he slowly climbed the slopes; and though his whole body and his loosely-hanging trousers shook, he did not miss a single mushroom or a curious grass, and continued joking with the other peasants and with Levin.
Махая все так же косой, он маленьким, твердым шажком своих обутых в большие лапти ног влезал медленно на кручь и, хоть и трясся всем телом и отвисшими ниже рубахи портками, не пропускал на пути ни одной травинки, ни одного гриба и так же шутил с мужиками и Левиным.