Involuntarily submitting to Anna's weakness, who, ready in advance to accept anything, gave herself up to him entirely and expected him to decide her fate, he had long ceased to imagine that their union could end in the way he had then expected.
Он, невольно покоряясь слабости Анны, которая отдавалась ему вся и ожидала только от него решения ее судьбы, вперед покоряясь всему, давно перестал думать, чтобы связь эта могла кончиться, как он думал тогда.