And Levin was seized with a new feeling of affection for this man who had been strange to him before, when he saw how Kitty long and tenderly kissed his fleshy hand.
И Левина охватило новое чувство любви к этому прежде чуждому ему человеку, старому князю, когда он смотрел, как Кити долго и нежно целовала его мясистую руку.