Sid’ i Miškasused oli, i Sen’ka, kudamb kahtes pertiš paliči eli, i Peška – edemba, seičemes pertiš paliči, i Mit’ka, mugažo kahten pertin taga eli, vaiše toižel kadel, i vol-ki uks’ priha kozimehid oigenzi, nimed-ki hanen mamoi jo ei mušta.
Потом был и Мишкас, и Сенька, который жил в двух домах, и Пешка — дальше, в семи домах, и Митька, тоже жил за двумя домами, только на другой крыше, и даже дверь мальчик прислал сватов, даже имени его мать уже не помнит.