Mö tedam: meiden «vanh minä» om pandud ristha ühtes hänenke, miše nece grähkhine hibj mänetaiži valdan i mö em oliži enamba grähkän valdas.
Мы знаем, что наше «старое я» было распято вместе с Ним, чтобы это грешное тело могло овладеть нами и мы больше не могли быть одержимы грехом.