Kaikutte, ken lankteb neche kivehe, se murendase, i kenen päle nece kivi lankteb, sidä mäzötab.» Käskištonopendajad i ülembaižed papid tahtoiba tabata Iisusad necil aigal, no hö varaižiba rahvast.
Всякий, кто упадет на этот камень, разобьется, и на кого упадет этот камень, того раздавит». Учителя закона и первосвященники хотели арестовать Иисуса в это время, но боялись народа.