Jehim, venudes sel’gäl, burboti laskvas än’heze, kuti pajati kättepajon pedrvazale: – Uinda-magada, Nastoihut.
Ефим, лежа на спине, нежно пробормотал в голос, словно напевая пешке песенку: — Спи-спи, Настойхут.