No lapsed lämbitiba päčil vas’kižid monetoid da paniba niid jädutud iknoihepäi; sid’-žo suli kehker reiguine, a sišpäi kacui vessel, laskav sil’mäine – nece kacuiba, kaikutte ičeze iknaspäi, poig da neičukaine, Kai da Gerda.
Но дети топили на печи медные монеты и выкладывали их из замёрзших окон; тут же таяла круглая дыра, а из неё глядел веселый, ласковый глаз — это смотрели, каждый из своего окна, сын и девочка, Кай и Герда.