Ku ezmäižel vodel, konz Piteriš mäni nece akcii, diktantad kirjutadihe vaiše nelläl kelel, ka nügüd’ kelid oli jo kaks’toštkümne: nene oliba vepsän, koräkan, mansin, nanain, čukčan, evenkan, evenan, encan, jukagiran, hantįn, nivhan keled, mugažo ezmäižen kerdan oli voimuz kirjutada tekst venäkelel.
Если в первый год, когда проходила эта акция в Санкт-Петербурге, диктант был написан только на четырёх языках, то теперь языков было уже двенадцать: это были вепсский, корякский, мансийский, нанайский, чукчанский, эвенкийский, эвенский, энецкий, юкагирский, хантыйский, нивхский языки, а также впервые появилась возможность написать текст на русском языке.