Jumal kacui hüväks, miše hänen täuz' jumaluz oliži Poigas, miše hänen kal't tehta kožmusen, hänen ristan verel vahvištoitta necen kožmusen kaikenke, midä om mal da taivhiš.
Богу угодно было, чтобы Его совершенная божественность пребывала в Сыне, чтобы через Него заключить завет, через Кровь Его креста утвердить этот завет со всем, что на земле и на небесах.