No sinä tegetoi nügüd' keletomaks i ed voiškande pagišta sihesai, kuni tuleb se päiv, konz nece linneb, sikš ku ed uskond minun sanoihe, kudambad ičeze aigan tegesoiš todeks.» Rahvaz varasti Zahariad, i kaik čududelihe, mikš hän om muga pit'kha jänu pühäkodihe.
Но теперь ты замолчишь и не сможешь говорить, пока не наступит тот день, когда это произойдет, потому что ты не поверил моим словам, которые в свое время исполнятся». Люди ждали Захарию, и все удивлялись, почему он так долго оставался в храме.