Ku sinun vähävägine uskondvel'l' nägeb, miše sinä, necen kaiken tedai, ištud sömäs tühjiden jumaloiden kodiš, ei-ik hänen heng sanu hänele, miše hän-ki voiži söda sidä žertvlihad?
Ибо если слабый брат твой увидит, что ты, зная все это, сидишь и ешь в доме идоложертвенном, не дух ли его скажет ему, чтобы и он ел эту жертву?