Kanfet bul’skahti mustaha vedehe, jogespäi vedi vilul, i Natoile möst tegihe tusk: – Ön mänetan mecas, varastan homendest.
Конфета вспыхнула в черной воде, из реки потянуло холодом, и Натои снова стало скучно: — Ночь проведу в лесу, дождусь утра.