Hänen elo-oza ei olend kebn... No hänen rahavahan vahvad jured, ned eloverod, miččid hän om sanu baboišpäi i dedoišpäi, ümbriolijoš eläjišpäi tegiba händast todesižeks vepsläižeks, ičeze kelen tundijaks i navedijaks, ičeze rahavahan sirdäjaks edehepäi, sanub Nina Zaiceva.
Его судьба была нелегкой... Но ее крепкие денежные корни, те жизненные ценности, которые она унаследовала от бабушек и дедушек, от окружающих ее людей, сделали ее настоящей вепской, знатоком и любителем своего языка, двигателем своей денежной массы вперед, — говорит Нина Зайцева.