Pästi hän bardan da sanui: ” Minä nügde olen vanh dedkoine, sikš kävelen bardakaz, edel, konz mina iče olin lapsen, kaik dedkoižed pidiba bardan ”.
Он отпустил бороду и сказал: Я теперь старый дед, поэтому хожу бородатый, раньше, когда я сам был ребенком, все деды носили бороду».