Et-ik tö tärtkoi, miše meile oliži paremba, ku üks' mez' koliži rahvahan täht, mi kaik rahvaz koliži?» Nece ei olend hänen ičeze mel', no ku hän sil vodel oli ülembaižen papin, ka endusti, miše Iisus koleb rahvahan täht, i ei vaiše sen rahvahan täht, a miše kogota ühthe kaikid Jumalan lapsid kaikiš managjoišpäi.
Разве вы не знаете, что лучше для нас, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ умер?» Это был не его собственный замысел, но, будучи в тот год первосвященником, он предсказал, что Иисус умрет за народ, и не только за народ, но и за то, чтобы собрать вместе всех детей Божьих из всех стран.