Hristos ved' ei mänend-ki mehiden käzil tehtud pühäpertižehe, kudamb om vaiše todesižen pühäpertižen kuva, a mäni ani taivhaze, miše olda Jumalan edes meiden polestajan.
Ибо Христос не вошел в рукотворенный храм, который есть только образ истинного храма, но вошел на самое небо, чтобы предстать пред Бога за нас.