Ei, minei näguihe, miše kaikuččen päivän hö paniba päle prazniksädoid, kävuiba hö tünäs, kuti tätüižed, i miše hö nikonz, eskai ridan-ki aigan, ei libutanugoi än’t toine toižen päle.
Нет, мне казалось, что они каждый день надевали праздничные наряды, ходили спокойно, как куклы, и что они никогда, даже во время ссоры, не поднимали голоса друг на друга.