Meles-ki ei sand pidäda, miše ken-se voib astta päliči necidä sortud mecad, i Natoi astui i znamoiči, kut oiktas venuba pud: jur’ – jurehe, ladv – ladvaha, lehted oliba völ vihandad , – piring tägä oli täl kezal.
Даже в мыслях не укладывалось, что кто-то может пройти через этот сортированный лес, и Натои шел и отмечал, как прямо тянутся деревья: корень — к корню, верхушка — к верхушке, листья были еще зелеными, — осадка здесь была этим летом.