Kundlematoi bolt vedi mindai tirpandaspäi, i minä sanuin ezmäižen, mi tuli pähä: — Ogahad ei olgoi tarbhaižed hot’ min-ni täht, änikod pästaba niid vaiše vihaspäi.
Непослушный болт вывел меня из терпения, и я сказал первое, что пришло в голову: — Шипы ни к чему, цветы выпускают их только от злости.