Sid’ hän sanui: — Tähthad oma lujas čomad, sikš ku kus-se sigä om änik, hot’ sidä ei nägu-ki… — Ka, tetpas, – vaiše sanuin minä, kactes kudmaižen sädegel kosktud lainhekahaze letkehe.
Потом он сказал: — Звезды очень красивые, потому что где-то там есть цветок, хотя его и не видно... - Да, конечно, - только что сказал я, глядя на волнистый песок, тронутый лучом луны.