Kalanik oli korhotelnus värel’gendusespai, no sel’gendzoitnus, ihastusiš kidasti: ” Ka nece om minun Vingl !” – Must vingllind oli vaikti .
Рыбак корчился от недоразумения, но, просветленный, радостно крикнул: « Да это же мой Вингл! Черный винглин молчал.