Hänennoks hö saihe, no Nastoi-tädi zavodi lajidas heiden päle da südäimiš sanui, miše hö läksižiba poiš, sanub, ei ole sel’ged, kut teid mechine kandab, mängat da löutkat te tagaze.
До него они добрались, но тётя Настя стала на них ругаться и в сердцах сказала, чтобы они убирались, мол, непонятно, как вас леший понесёт, идите и найдите дорогу обратно.