Mö olem kulnuded hänen sanad, miše Iisus, se Nazaretalaine, murendab necen sijan i vajehtab verod, kudambid Moisei om meile andnu.» Kaik, ked ištuiba Nevondkundas, tarkas kacuiba Stefanaha, i hänen mod ozutihe heile angelan karččeks.
Мы слышали его слова, что Иисус из Назарета разрушит это место и изменит обычаи, которые дал нам Моисей». Все сидевшие в Совете пристально смотрели на Стефана, и лицо его предстало перед ними в виде ангельской арки.