Hän kacui minuhu hätken: redustadud voidandvoil, pal’l’aine kädes minä koverzuin miččen-se kalun päl, mitte näguihe hänele mugoižeks rumaks.
Он долго смотрел на меня: испачканный смазочным маслом, с мячом в руке, я наклонился над какой-то вещью, которая показалась ему такой уродливой.