No muštan, konz oli jüged aig i ku kodihe todhe mitte-ni mageduz, ozutesikš šokoladkan, ka L’oša ei sönd üksnäze, varasti, konz sizar tuleb kodihe, mise jagatas hänenke.
Но помню, когда было трудное время и если домой приносили какую-нибудь сладость, например, шоколадку, то Лёша не ел один, дожидаясь, когда вернётся сестра, чтобы с ней поделиться.