Küzun sindai, voižin-ik minä sanuda erasid sanoid rahvahale.» Konz pämez' hökkähtui, Pavel seištes pordhil libuti käden, miše tüništoitta rahvast, i tegihe lujas hil'l'.
Я спрашиваю тебя, могу ли я сказать несколько слов людям». Когда вождь согласился, Павел, стоя на крыльце, поднял руку, чтобы успокоить толпу, и сделался очень тихим.