Natoi kumarzihe koume kerdad nelläha polhe, i hänele tegihe kebnemb henkta, südäin miku tüništui, i Natoi boikašti astuškanzi iče ei tedand – kuna.
Натои трижды наклонился вчетвером, и ему стало легче дышать, сердце его успокоилось, и Натои бойко зашагал сам не зная — куда.