Muštan, kut minä heitin nagrandan – mindai pol’göitiba Vas’kan sil’mäd: hö kacuiba minuhu kaikjal, en voind nikuna peittas.
Помню, как я бросал смех — меня презирали Глаза Васьки: они смотрели на меня повсюду, я не мог никуда спрятаться.