Jäl’gmäižel urokal, konz meile jo ei jänd ni üht ilošt mel’veht, ken-se sanui, miše meiden opendai surmahasai varaidab hirid.
На последнем уроке, когда у нас уже не осталось ни одной радостной мысли, кто-то сказал, что наш учитель до смерти боится мышей.