Sen ližaks hö hargneba kävelemha pertišpäi pert'he da tegesoiš joudobusikš, i ei vaiše joudobusikš, a kelidenkandišijoikš, segoiba verhiže azjoihe i pagižeba mugošt, midä ei sa.
Кроме того, они привыкают ходить из дома в дом и становятся бездельниками, и не только бездельниками, но и язычниками, вмешиваются в чужие дела и говорят такое, чего нельзя.