No kaik-se voib agjata kacta meiden jogehe, se kaiken om erazvuitte: se tün’ da arg pol’päiväižiden sädegiden al, se kova, a tal’vel – tühj da lumel kattud, i tundub, miše siš kaičese mitte-se peituz.
Но все же можно бесконечно любоваться нашей рекой, она всегда разная: то тихая и робкая под полуденными лучами, то суровая, а зимой — пустая и покрытая снегом, и кажется, что в ней хранится какая-то тайна.