Mittušt ližad saižit, velled, minun sanoišpäi, ku minä tuližin i pagižeškanzin tundmatomil kelil, no en sanuiži teile, midä Jumal minei om avaidanu, en andaiži tedoid, en saneliži Jumalan vestid, en opendaiži teid?
Что пользы вам, братия, от слов моих, если я приду и буду говорить на незнакомых языках, а того, что Бог открыл мне, не скажу вам, ни возвещать, ни пророчествовать, ни учить вас не буду?