Hö peitihe edambaižehe čogaha karzinnoks, kingitihe seinäd vast, a heiden sil’mäd varaidusespäi tegihe kaik tobjembikš, konz mamoi sirdihe heidennoks.
Они скрылись в дальнем углу подвала, прижавшись к стене, а глаза их от страха становились все больше, когда к ним двинулась мать.