Konz zavodihe nece paha azj, mamoi kogozi meid, lapsid, ühthe i vaiše nügüd’ nägišti, miše kaikid noremb jäi magadamha kravatihe, mitte om völ ani iknan al.
Когда началось это зло, мама собрала нас, детей, вместе и только сейчас увидела, что самый младший остался спать в галстуке, который все еще находится прямо под окном.