Hän ližazi völ: «Sikš sanuin-ki teile, miše niken ei voi tulda minunnoks, ku Tatain ei anda necidä valdad hänele.» Jäl'ges necidä äjad Iisusan openikoišpäi läksiba hänen sebraspäi i ei kävunugoi enamba hänenke ühtes.
Он добавил: «Поэтому я и сказал вам, что никто не может прийти ко мне, если Отец не даст ему эту власть». После этого многие из его учеников покинули его и больше не ходили с ним.