Jäl’ges tütär sanui, miku hänele näguihe: Mašoi-t’ot astub edes, ei kacuhta tütrehe, a hän värunke sabuteli händast sihesai, miše lanksi i uinzi.
После этого дочь рассказала, что ей показалось: Маша-тётя идёт впереди, не глядя на дочь, а она с презрением догоняла её, пока та не упала и не заснула.