Jäl’ges tuli mel’he: — Lind ei ole vär, nece mö händast peksim, sidoim, panim puzuhu, kuti meččen-ni uradan-kanan… Habuk koli kahtes päiväs päliči.
Потом вспомнил: — Птица не ошиблась, это мы ее избили, связали, засунули в мешок, как дикого урадана-курицу... Ястреб умер через два дня.