Когда римский император, известный своей жестокостью, по­желал лично участвовать в состязаниях, на старт гонки колесниц он выехал в гордом одиночестве. Никто из атлетов не составил ему конкуренцию, дабы понапрасну не рисковать жизнью. Дважды упав, он все