Голос Михаила Светлова в поэзии был негромким. Романтик, лирик, песенник, он предпочитал мягкие, пастельные краски ярким, масляным.
Светлов писал просто, доверительно, словно о сокровенно-личном. Писал об эпохе, о революции, о героизме.
В поэзии Светлова пленяет постоянство его симпатий и привязанностей. Будучи поэтом современным, с широким взглядом на мир, с сердцем, открытым навстречу молодости, он до конца своих дней оставался комсомольцем двадцатых годов — по духу, по темпераменту. Под комсомольским знаменем тех давних, окрашенных романтическими воспоминаниями лет встречал поэт рассветы новых дней, ощущая преемственность революционных традиций.
Имя Михаила Светлова прозвучало на всю страну в 1926 году, когда появилась его знаменитая “Гренада” и сразу стало ясно: перед нами поэт со своим, неповторимым почерком!
Герой стихотворения — юный мечтатель, но поэзия дальнего, необыкновенного для него — не отвлеченное понятие. Случайно прочитанное в книге экзотическое название волости раздразнило воображение героя, и он мечтает отдать жизнь за счастье далекого народа.
В этом стихотворении проявились едва ли не все стороны поэтической индивидуальности Светлова: его интернационализм, ставший темой “Гренады”, его кредо: “Жизнь, как подвиг”, его пристрастие к скромному, неброскому героизму.
Стихотворение “Песня о Каховке” пользовалось в свое время огромной популярностью. Его пела вся страна, в особенности молодежь. Стихи просты, несложны в них и рифмы, и ритмы. Когда читаешь, перед глазами возникает образ комсомолки, шагающей по объятому пламенем городу. Она проходит сквозь бушующий огонь, не тронутая им, как символ мужества, любви, дружбы, мира...
Мало кто знал автора песни, она воспринималась как народная — верный признак бессмертия.
Герои пьес Светлова — комсомольцы разных поколении: участники гражданской и Великой Отечественной войн, студенты, целинники. В его пьесах нет острого сюжета, волнующей интриги, запутанных ситуаций. Взять хотя бы “Сказку”. На вечеринке студентов-геологов у дочери директора института Тани один из героев по просьбе товарищей сочиняет пьесу-сказку, в которой все они участвуют. Гаснет свет, и перед зрителями произведение Вани: герои уезжают в экспедицию, ищут в тайге месторождение золота. Там студенты-комсомольцы сталкиваются с врагами советского государства, которые крадут геологический план, уводят лошадей, убивают веселую Катю. Как всегда, у Светлова необычайна композиция произведения: пьеса в пьесе с одними и теми же героями.
Светловская “Сказка” излучает обаяние свежести. В ней нет чудес, волшебства, оригинальность ее в том, что сказочное и реальное слиты воедино. Автор различными средствами раскрывает это достоинство и единство пьесы. Таким образом, подлинный сюжет светловской пьесы — не выдуманные Ваней приключения, а причудливое переплетение сказки с реальной жизнью.
Поэт принимает на себя все людские заботы, все беспокойство, видя в этом не только призвание, но и профессию, и предостерегает против обвинения в излишнем сочувствии к людям, к их заботам и огорчениям.
В “Указании” Светлов говорит, что задача поэта — некрасивого сделать красивым, а несчастного — самым счастливым. У него, у этого суховатого, с канцелярским привкусом названия, конечно же, своя определенная функция: нарочитым своим прозаизмом и сухостью, напоминающими некие параграфы казенных бумаг, оно как бы снижает патетику первых строф. Но дальше это слово незаметно меняет внутренний смысл, органично вплетаясь в стилистику стихотворения, ибо сказочный колорит, этот излюбленный элемент светловской поэзии, придает особую окраску самым серьезным строкам, поэтизирует даже декларативные и суховатые стихи.
Колоритом сказки окрашено и стихотворение “Охотничий домик”, открывающее одноименную книгу поэта, стихотворение, которое в известной мере можно рассматривать как программное. Светлов с особенной остротой почувствовал необходимость осмыслить свой творческий путь как нечто целое —- в связи со временем, в единстве с ним. В охотничьем домике не гаснет свет в окне. И к этому лесному домику, “в гуманность охоты поверив”, сходятся “добродушные звери”.
Сказочность, стремление выйти за пределы обыденности характерны и для этой книги. Лозунгом Светлова в поэзии было познать “общества разнообразие” и “разнообразие чувств”. Ради этого разнообразия и ради того, чтобы о серьезных и важных вещах сказать читателям не скучно и не банально, он включает воображение: собирает вокруг письменного стола лесных зверей, улавливает в мирозданье “не записанный магнитофоном околевшего мамонта рев”, заставляет петь ведьм, приглашает в собеседники романтического Гарун-аль-Рашида и делает еще много такого, от чего читатель приходит в изумление, и радуется, и веселится, и задумывается, а то и взгрустнет ненадолго.
Уж коли говорить о грусти, то надо сказать и о том, что светловская грусть удивительно тепла, человечна и... иронична.
В лирико-философском стихотворении Светлова “Горизонт” (1957), написанном на склоне лет, во всей полноте раскрылись мироощущение поэта, его неодолимая потребность в движении вместе с течением жизни — вдаль, вперед...
И в ритмическом рисунке, и в интонации авторской речи чувствуется огромное желание схватить “непойманное чудо”, познать тайну грядущего. Погоня за горизонтом становится все энергичнее, быстрее, кажется, что перед нами — мгновенно сменяющие друг друга кадры из приключенческого фильма.
“Взнуздал отличного коня”, “перескочил в автомобиль”, “купил билет на самолет”, а горизонт все убегает... Нетерпение героя нарастает, и вдруг наступает короткая пауза: “...будь благословенна этой каждой дали перемена!” И снова погоня. Раздумья героя о пройденном пути время от времени прерывают стремительный ритм и подготавливают афористическую концовку:
Все далекое ты сделай близким, 
Чтоб опять к дачекому идти!
“Горизонт” — ключевое стихотворение Светлова, в нем сущность мировосприятия художника.
Необычно лиро-эпическое с публицистическими отступлениями произведение Светлова “Из стихов о Лизе Чайкиной” (1942). В нем нет внешней целостности, оно составлено из фрагментов: Лиза — девочка, школьница, Лиза — комсомолка, она партизанка, ее ведут на казнь... Вплетаются строки о том, что уготованное судьбой чувство любви она не успела испытать: “Это счастье быть большим могло бы, если б вашей встрече быть”. В них с еще большей остротой чувствуется трагедия не свершившейся жизни.
Перед глазами расстилаются бескрайние поля России, ее снега, в ушах звенит безлюдная тишина. Глубоко драматична на этом фоне даже одинокая фигурка. Но к концу поэмы, когда уже “не девочка, а партизанка продолжает свой последний путь”, образ затерянной среди снегов школьницы вырастает, становится огромным, заполняет пространство. Стойкость, мужество, героизм человека превращаются в нравственный центр произведения.
Поэма подкупает лиричностью, страстностью авторской поэзии. Как крик души звучит обращение лирического героя к девушке, идущей на казнь:
Девочка! Шаги свои замедли — 
Приближается последний час.
 Как мне быть с мечтаньями твоими,
 Устремленными далеко ввысь?
 Заклинаю — юности во имя,
 Девочка, остановись!
Эти строфы на редкость характерны для доброго сердца Светлова. Ему доставляло огромное удовольствие помогать людям жить, отказывая себе в необходимом, щедро одаривать других. Он не терпел жестокости в людях и тяжко переживал уход близких из жизни.
Идея стихотворения “Спичка” вытекает из простого факта, что вековая привычка манит человека к теплу. Но “огонек скучает по спичке...”. Тут же возникает картина заповедного леса, покинутого лешими, полного чудес, и посреди леса — осина. От этой сказочной и вместе с тем открыто привязанной к реальности картины поэт переходит к серьезной декларации чувства, декларации поэтически яркой:
Я желаю и присно и ныне
Быть родителем огоньков. 
Я желаю, подобно осине, 
В сотни втиснуться коробков. 
Чтоб носили меня, зажигали, 
Чтобы я с человечеством был, 
Чтоб солдат на коротком привале
 От меня, от меня закурил...
В стихотворении “Спичка” отчетлив характер лирического героя. Кто же он такой прежде всего? Человек для людей, человек, более всего на свете желающий людям добра и счастья, безгранично расположенный к ним. Сердце его без остатка отдано людям, ради них излучает тепло.
В молодости поэт предпочитал творить поэзию, но не задумывался над тем, чтобы высказаться о ней самой, декларировать свои взгляды на нее. В 1957 году, когда было написано стихотворение “Моя поэзия”, в период бурных дискуссий о поэзии, это имело свое значение. В эти годы шло ее идейно-нравственное перевооружение. Кроме того, был накоплен немалый опыт, позволяющий трезво посмотреть на вещи.
Михаил Светлов свято относился к поэзии, не терпел пустозвонных деклараций и потому лишь на склоне лет, уже на основе собственного опыта, позволил себе в стихах высказаться о поэзии, ее предназначении, о призвании поэта. “Поэзия — моя держава, я вечный подданный ее”. Это не слова, это состояние души. Он был творческой личностью в стихах, пьесах, в статьях и заметках о поэзии, в знаменитых светловских шутках, в общении с товарищами.
Поэзия в понимании Светлова невозможна без мечты. Искусство издревле выражало мечту человека о прекрасном, и воплощение этой мечты у древних поэт видит в образе Венеры (“Искусство”). Светловская мечта о будущем очень конкретна, потому что она связана с сегодняшним днем.
Отношение к поэзии, как к одному из могущественных средств переустройства мира, определило и жизненную позицию Светлова, позицию бойца, комсомольца. С этого он начинал. Этим и кончил. Поэтическое размышление о жизни, о бессмертии он начал воспоминанием, прекрасным по свежести и остроумию:
Как мальчики, мечтая о победах,
Умчались в неизвестные края
Два ангела на двух велосипедах —
Любовь моя и молодость моя.
Поэзия М. Светлова