И.А. Бунин – один из немногих писателей-реалистов конца 19 – начала 20 века, прославившийся не только своей прозой, но и поэзией. В 1891 году вышел его первый поэтический сборник, вслед за которым последовали «Листопад» (1901) и «Новые стихотворения» (1902).
Как в прозе, так и в поэзии Бунин придерживался реалистических традиций, выработанных Пушкиным, Фетом, Полонским. У них он учился бережному отношению к слову, простоте, классической ясности и чёткости.
Поэтическое наследие Бунина неоднородно по тематике. Для ранней бунинской поэзии характерна пейзажная лирика. Позднее он всё больше обращается к лирике философской, продолжающей тютчевскую проблематику.
Бунин в разных вариантах высказывал одну и ту же мысль: «Нет, мучительно для меня жить на свете! Всё меня мучает своей прелестью». Слово «прелесть», по мысли писателя, всегда относилось к тому, что как будто неподвластно человеческому выражению: к цветам, деревьям, морю. Напряжённое тяготение к вечной красоте и гармонии – вот что главенствовало уже в ранней лирике Бунина.
Этот художник был одержим страстным желанием понять вечное, прикоснуться к неуловимому, разгадать «поступь высших сил». Конкретные элементы пространства и времени (поле, лес, степь, южные страны или ночь, утро, день, вечер, зима, весна, лето) предстают в обычном своём облике, а одновременно – как часть вселенной, как носители непознанной тайны всемирного бытия.
Постепенно в творчестве Бунина нарастает «звёздная тема». Далёкие светила избраны здесь символом «предвечной красоты и правды неземной». Появляется противопоставление этого прекрасного мира «заблудшей» земле:
Одно только звёздное небо,
Один небосвод недвижим,
Спокойный и благостный, чуждый
Всему, что так мрачно под ним.
Или:
Я вижу ночь: пески среди молчанья
И звёздный свет над сумраком земли.
Традиционное противоречие (свет-тьма) связано со сложными человеческими чувствами. «Неземная красота» бесконечно дорога, но трудно достижима. И поэтому приобщение к ней – всегда возрождение: «…душа, затрепетав, как крылья вольной птицы, Коснулась солнечной поющей высоты!» Прекрасным чувствам сопутствует сияние светил: «И не забыть мне этой ночи звёздной, Когда весь мир любил я для одной».
Поэт затрагивает проблемы добра и зла, любви и ненависти, смысла жизни. Взять хотя бы такие строки:
И забуду я всё – вспомню только вот эти
Полевые пути меж колосьев и трав – 
И от сладостных грёз не успею ответить,
К милосердным коленам припав.
Действительно, последние часы земной жизни ожидают каждого из нас. Придут минуты, когда нужно будет вспомнить и подвести итог: «Так ли жил?» Бунинский лирический герой отказывается от славы, денег, чинов… Припоминает только «полевые пути меж колосьев и трав». Живая связь с природой оказалась в жизни самой важной и необходимой. Кто-то может оспорить такой вывод, найти смысл жизни в другом. Но уже то, что поэт побуждает читателя к размышлению о смысле бытия, является очень важным.
По целостному мироощущению Бунин близок Пушкину – по способности к лёгкой грусти, светлой печали. Хотя эти чувства у них имеют разное начало. У Пушкина «сердце вновь горит и любит от того, Что не любить оно не может» («На холмах Грузии»). Бунин видит спасительную энергию в самом течении бытия: 
А будут дни – угаснет и печаль, 
И засинеет сон воспоминанья,
Где нет уже ни счастья, ни страданья,
А только всепрощающая даль.
Да, Бунин постоянно слышит зов пространств, времён, собственной судьбы, своего познания. И спешит передать: «вдали – и жемчуг и опалы»; «сказать кому-то, Что тянет в эту синеву»; предостеречь: «Когда идёшь над бездной – надо прямо Смотреть в лазурь и свет». В жадном, неостановимом движении к неведомому лирический герой Бунина переживает восхищение и от неожиданных оттенков чувств, и от представших вдруг взору таинств природы.
Философская лирика зрелого Бунина заметно теснит пейзажную. Сам по себе пейзаж остаётся, но его функции становятся иными. В центре внимания поэта оказываются церковные обители и погосты, описание которых настраивает читателей на связь с отошедшими в мир иной предками («Ограда, крест, зелёная могила…», «Растёт, растёт могильная трава», «Настанет день – исчезну я…», «Могильная плита», «Смерть» и т.д.). Вообще, мысль о преемственной связи между прошлым и настоящим, но не в реальном, а каком-то духовном плане проходит сквозь многие поэтические произведения Бунина. Например, в стихотворении «Могила в скале», рассказывая о том, как «в Нубии на Ниле», в заброшенной пещере, «нашли живой и чёткий след ступни», Бунин пишет: 
Я, путник, видел это. Я в могиле
Дышал теплом сухих камней. Они
Сокрытое пять тысяч лет хранили…
Тот миг воскрес. И на пять тысяч лет
Умножил жизнь, мне данную судьбою.
Таким образом, произведения Бунина глубоко личностны, тяготеют к философским обобщениям смысла бытия, жизни и смерти, не прекращающегося ни на секунду течения времени.
Философская лирика И.А. Бунина