Тема материнского страдания в поэме А.А. Ахматовой  «Реквием» занимает важнейшее место. Это связано с тем, что образ матери – центральный в поэме. Он чрезвычайно сложен. В нем сплелись три ипостаси: мать – лирическая героиня (автобиографический образ), мать – обобщающий образ всех матерей и, наконец, мать – Россия.
В «Посвящении» Ахматова сразу вводит обобщающий образ Матери. Происходит это за счет употребления местоимения «мы» и глаголов во множественном числе. К финалу стихотворения из толпы матерей, ожидающих приговора, выделяется образ одной Матери, которой и суждено стать выразителем материнских страданий в поэме:
…И сразу слезы хлынут,
Ото всех уже отделена…
…Но идет…Шатается…Одна…
Во «Вступлении» появляется образ Руси. Используя прием олицетворения, поэтесса создает ощущение Руси как живого человека, женщины, которую в кровь избивают сапогами, давят шинами «чёрных марусь».
С первой по десятую часть разворачивается собственно сюжет поэмы. Сначала сына лирической героини уводят, и начинается полоса ожиданий и мытарств. Душу матери одолевают парадоксальные чувства. Примечательна в этом отношении часть третья:
Нет, это не я, это кто-то другой страдает.
Я бы так не могла, а то, что случилось,
Пусть черные сукна покроют,
И пусть унесут фонари…
Ночь…
Ночь – это состояние души матери. Беспамятство вдруг сменяется тихим плачем, а затем надрывным причитанием:
Семнадцать месяцев кричу,
Зову тебя домой,
Кидалась в ноги палачу,
Ты сын и ужас мой. (V часть)
Легкие летят недели.
Что случилось не пойму,
Как тебе, сынок, в тюрьму
Ночи белые глядели,
Как они опять глядят
Ястребиным жарким оком,
О твоем кресте высоком
И о смерти говорят (VI часть).
В седьмой части «Приговор» мать узнает об участи, уготовленной ее сыну: «И упало каменное слово // На мою еще живую грудь». Сумасшествие, надвигающееся на убитую горем женщину, начинается с просьбы о смерти прийти («К смерти»). Мать готова принять смерть в любом виде, только бы не видеть страданий своего сына. Апогей безумства наступает в девятой главе:
Уже безумие крылом
Души накрыло половину,
И поит огненным вином
И манит в черную долину.
Поразительно, но здесь мы уже не видим слез и причитаний. Окаменелость и усталость – вот чувства, охватившие лирическую героиню в этой части. Она как бы собралась и сжалась в комок, но в этой собранности сквозит безумие, отстраненность от мира и реальности.
Высшей точкой поэмы является десятая часть «Распятие». Ахматова использует здесь библейский мотив распятия Христа, но смотрит на все происходящее глазами Марии. В этом образе страдающей Марии сплелись воедино и мать-лирическая героиня, и все матери жертв террора, и Русь, униженная, растоптанная, вынужденная в молчании смотреть на убийство своих сыновей. Мария становится неприкосновенной и святой в момент перенесения ею таких же мученических страданий, какие переносит ее сын на кресте:
Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел.
В эпилоге автор опять говорит от лица лирической героини. Она вспоминает обо всех матерях, разделивших с нею страшную участь ожидания под «звездами смерти»:
Хотелось бы всех поименно назвать,
Да отняли список, и негде узнать.
Поэт призывает поставить памятник великой Матери для того, чтобы никогда не забывать тот ужас и боль, которую пришлось перенести русским женщинам в страшные годы террора. 
Свою поэму Ахматова посвящает всем женщинам и матерям, которые, страдая, находились на грани истощения физических и душевных сил и жили лишь надеждой. Но благодаря их бесконечной любви и перенесенным мукам жизнь будет продолжаться.
Тема материнского страдания в поэме А.А. Ахматовой «Реквием»