«Вечера на хуторе близ Диканьки» - самое народное, веселое и мистическое произведение Гоголя. 
Одно из ведущих мест среди художественных приемов, использованных в нем, занимает мистика. Известно, что сам писатель увлекался мистикой, верил в существование нечистой силы, был очень суеверным. В «Вечерах» он отразил эти народные верования в полной мере.
Итак, «мистика» - это «вера в божественное, в таинственный, сверхъестественный мир и в возможность непосредственного общения с ним». В «Ночи под Рождество» этот сверхъестественный мир в полной мере соприкасается с миром обыденным. И это неслучайно – накануне Рождества, по народным поверьям, усиливают свое действие и темные силы.
Но нечистая силв оказывается вовсе не такой сильной, как казалось сначала. Ее легко победить не одному только Вакуле, оседлавшему черта: «От сорочинского заседателя ни одна ведьма на свете не ускользнет».
Нечистая сила в этой повести достаточно безобидна, в отличие от других повестей «Вечеров». Если в «Страшной мести», например, встают из гроба мертвецы, то в «Ночи…» всего-навсего вареники сами летят в рот Пацюку. Черт занят, как говорит Гоголь, «проказами»: мешает кузнецу работать («толкал невидимо под руку, подымал из горнила в кузнице золу и обсыпал ею картину»), крадет месяц только для того, чтобы Чуб не нашел дорогу к куму, и т. п.
Такой взгляд на черта - черт глупый, бедный, безобидный - взгляд фольклорный, народный. Недаром позднее именно в таком тоне будет говорить о проказах бесенят герой «Очарованного странника»: «Да ведь они ребятишки…»
Ведьма хлопочет о выгодном муже, прибегая при этом вовсе не к колдовству, а «к обыкновенному средству всех сорокалетних кумушек».
Нечистая сила лишена таинственности здесь, она сближается с людьми: черт «спереди совершенно немец, сзади настоящий губернский стряпчий в мундире, потому что у него висел хвост, такой острый и длинный, как теперешние мундирные фалды». Он ухаживает за ведьмой совсем как человек: «подъехавши мелким бесом, подхватил ее под руку и пустился нашептывать на ухо то самое, что обыкновенно нашептывают всему женскому роду».
Ведьма настолько не отличается от обычной женщины, что даже ходит в церковь, и любуясь на нее, принарядившуюся, казаки думают: «Эх, добрая баба! Черт-баба!» Делая Солохе комплимент, казаки, сами того не зная, называют ее настоящим именем.
В других повестях «Вечеров» нечистая сила намного более загадочная и зловещая. Так, в «Вечере накануне Ивана Купалы» мистика начинается прямо с названия. Известно, что Иван Купала - мистический праздник. По народным поверьям, именно в эту, самую короткую ночь в году, ночь происходит разгул нечистой силы. И именно в эту ночь отправился герой повести, Петрусь, искать цветущий папоротник. Ведь считалось, что если в ночь на Ивана Купала найдешь это растение, то оно откроет тебе сокровища. А именно это и нужно было Петрусю, чтобы жениться на любимой девушке.
Мистикой окутан и образ Басаврюка – приспешника нечистой силы. Вот как описывает его автор: «…загремело что-то басом над ним. Оглянулся: Басаврюк! у! какая образина! Волосы - щетина, очи -- как у вола! …Тут брякнул он с бесовскою  усмешкою  кожаным, висевшим у него возле пояса, кошельком». 
Именно Басаврюк, постоянный обитатель шинка, наводит Петруся на мысль пойти искать цветущий папоротник: «Только же зацветет папоротник, хватай его и не оглядывайся, что бы тебе позади ни чудилось». Петрусь изо всех сил старался сделать это, но тут-то, когда в руках у него оказался цветок, началось самое страшное.
Мистикой и ужасом наполнена картина ночной встречи героя с нечистой силой. Но и последующая история жизни Петруся ужасна. Гоголь подтверждает мысль, бытующую в народе, что связь с нечистой силой никогда не доводит до добра. Хоть Петрусь и получил деньги, и женился на Пидорке, но он не был счастлив. Нечистая сила не отпускала его, и в итоге забрала к себе, оставив вместо денег разбитые черепки.
А в «Майской ночи, или Утопленнице» темные силы приходят на помощь человеку. Левко, герою повести, довелось увидеть утопленниц, выходящих ночью на берег: «Левко посмотрел  на  берег:  в  тонком  серебряном  тумане мелькали  легкие,  как  будто  тени,  девушки в белых, как луг, убранный ландышами, рубашках».
До этого мы узнаем легенду, царившую на хуторе. Она рассказывала о дочери сотника, погубленной мачехой-ведьмой. Девушка превратилась в утопленницу и стала предводительницей всех юных утопленниц. Вот эта-то панночка и помогла Левко воссоединиться с его возлюбленной, Ганной. Такая «расположенность» утопленницы к людям связана с тем, мне кажется, что ее «заставили» быть в ряду нечистой силы, саму погубили. Таким образом, Гоголь показывает, что злые силы могут и помогать людям, если пожелают. Однако лучше не иметь с ней дело – «от греха подальше».
Благодарю мастерству Гоголя-художника, повести «Вечеров» в полной мере передают мистический ужас, атмосферу, свойственную народным сказаниям и поверьям. Меня охватывал страх, ощущение присутствия нечистой силы, когда я читала отдельные моменты этих повестей.
«Вечера на хуторе близ Диканьки» - романтическое произведения, в котором Гоголь передал всю свою любовь к народным произведениям, вообще, украинскому народу, его жизни, обычаям, культуре.
Будучи сыном этого народа, писатель впитал в себя его особенности, поэтому сам он до конца жизни оставался мистиком, верящим с существование потусторонних сил. И поэтому мистика в его творениях и, в частности, в «Вечерах», настолько завораживает, будоражит, пугает и волнует одновременно.
Мистика в «Вечерах на хуторе близ Диканьки» Н.В. Гоголя