1775年春，我患了腸胃症，這種症候在一開始並不曾使我驚恐，不過我想它嗣後卻成為致命的、無法治療的病症。

1775年春，我患了腸胃症，這種症候在一開始並不曾使我驚恐，不過我想它嗣後卻成為致命的、無法治療的病症。

Весной 1775 года у меня обнаружились признаки внутренней болезни, которая вначале не внушала мне никаких опасений, но с тех пор сделалась, кажется, неизлечимой и смертельной.
