She recalls: When I was growing up, my mother and my teachers in the pre-integration, poor black Catholic school that I attended, corrected every word I uttered in their effort to coerce my black English into sometimes hypercorrect standard English forms acceptable to black nuns in Catholic schools.
Она вспоминает: «В детстве моя мать и учителя в доинтеграционной школе для бедных чернокожих, в которую я ходила, исправляли каждое мое слово, пытаясь притянуть мой черный английский к подчас сверхправильным стандартным формам английского языка, приемлемым для чернокожих монахинь в католических школах».
He recalls: When I was growing up, my father and my teachers in the pre-integration, poor black Catholic school that I attended, corrected every word I uttered in their effort to coerce my black English into sometimes hypercorrect standard English forms acceptable to black monks in Catholic schools.
Он вспоминает: «В детстве мой отец и учителя в доинтеграционной школе для бедных чернокожих, в которую я ходил, исправляли каждое мое слово, пытаясь притянуть мой черный английский к подчас сверхправильным стандартным формам английского языка, приемлемым для чернокожих монахов в католических школах».
<F>She</F> recalls: When I was growing up, my <F>mother</F> and my teachers in the pre-integration, poor black Catholic school that I attended, corrected every word I uttered in their effort to coerce my black English into sometimes hypercorrect standard English forms acceptable to black <F>nuns</F> in Catholic schools.
<F>Она</F> вспоминает: «В детстве <F>моя мать</F> и учителя в доинтеграционной школе для бедных чернокожих, в которую я <F>ходила</F>, исправляли каждое мое слово, пытаясь притянуть мой черный английский к подчас сверхправильным стандартным формам английского языка, приемлемым для чернокожих <F>монахинь</F> в католических школах».
<M>He</M> recalls: When I was growing up, my <M>father</M> and my teachers in the pre-integration, poor black Catholic school that I attended, corrected every word I uttered in their effort to coerce my black English into sometimes hypercorrect standard English forms acceptable to black <M>monks</M> in Catholic schools.
<M>Он</M> вспоминает: «В детстве <M>мой отец</M> и учителя в доинтеграционной школе для бедных чернокожих, в которую я <M>ходил</M>, исправляли каждое мое слово, пытаясь притянуть мой черный английский к подчас сверхправильным стандартным формам английского языка, приемлемым для чернокожих <M>монахов</M> в католических школах».
Она;моя мать;ходила;монахинь
Он;мой отец;ходил;монахов