Обсценная лексика в русском языке
Обсце́нная ле́ксика — сегмент лексики русского языка.

Одной из разновидностей обсценной лексики в русском языке является русский мат. В русском языке присутствуют также другие обсценные слова, не являющиеся матерными и значительно менее табуированные, но тоже считающиеся «неприличными».

Национальное своеобразие русского языка состоит не в самом наборе лексики, а в её частотном распределении.

Ядро русской брани, как отмечают все исследователи, составляет очень частотная «сексуальная» триада (обсценная триада): хуй — пизда — ебать.
Число производных от данных словообразовательных основ и эвфемизмов, используемых для их замены, поистине неисчислимо, ибо они постоянно генерируются живой речью.
Чрезвычайно активно эта же триада используется и во фразеологии.

Обсценная лексика и общество в России 
Жёсткий запрет на публичное употребление обсценной лексики и фразеологии, идеографически и семантически связанных с запретной темой секса и сексуальной сферы, поддерживался православной церковью, а в Новое время — школой и иными культурными институтами.

Несмотря на распространённость нецензурных выражений во всех слоях русского общества на всех этапах его истории, в России традиционно существовало табу на использование обсценной лексики в печатном виде (отсюда, очевидно, и идёт название «нецензурная брань»).
Это табу несколько ослабло в последнее время в связи с демократизацией общества и ослаблением государственного контроля за печатной сферой (первой в истории России отменой цензуры на длительный срок), переменами в общественной морали после распада СССР, массовой публикацией литературных произведений и переписки признанных русских классиков, писателей-диссидентов и нынешних постмодернистов.
Снятие запрета на освещение определённых тем и социальных групп привело к расширению рамок приемлемой лексики в письменной речи.
Мат и жаргон вошли в моду, став одним из средств пиара.

Использование обсценной лексики в искусстве и СМИ 
Табуирование обсценной лексики — явление сравнительно позднее: ещё в документах и переписке петровского времени она встречается сравнительно свободно.
Однако ко второй половине XVIII века её использование в печатных изданиях перестало быть возможным, и широко использующие обсценную лексику стихотворения Ивана Баркова распространялись исключительно в списках. На протяжении всего XIX века обсценная лексика также оставалась уделом «неофициальной» части творческого наследия поэтов и писателей: нецензурные эпиграммы и сатирические стихотворения Пушкина, Лермонтова и других авторов ими самими не публиковались и вообще в России обнародованию не подлежали (политические эмигранты из России начали публиковать их в Европе лишь во второй половине XIX века).
Например, один из нецензурных стихов Пушкина:
                В Академии наук
                Заседает князь Дундук.
                Говорят, не подобает
                Дундуку такая честь.
                Почему ж он заседает?
                Потому что жопа есть.

Задачи художественного освоения обсценной лексики поставили перед собой писатели русского самиздата, начиная с Юза Алешковского.

С 1990-х гг., когда цензурные запреты исчезли, обсценная лексика шире проникает в литературу, используясь в различных функциях.
Самая простая из этих функций — реалистическая передача разговорной речи: если в жизни люди матерятся, то было бы странно, если бы в книгах точно такие же люди этого не делали.
У некоторых авторов персонажи не злоупотребляют обсценной лексикой (так в книгах Виктора Пелевина она почти всегда присутствует, но в очень небольших количествах), у других речь персонажей изобилует сильными выражениями (так в романах Баяна Ширянова из жизни наркоманов герои, в соответствии с принципом жизненной правды, не стесняются в выражениях).
В ряде других случаев писатели используют обсценную лексику с более сложными целями: так в поэзии Германа Лукомникова обсценная лексика часто употребляется для воссоздания атмосферы карнавала (в понимании М. М. Бахтина), а в стихах Шиша Брянского предпринимается попытка воскресить и одновременно спародировать древнюю сакральную функцию инвективной лексики, её отнесённость к ключевым языческим обрядам (прежде всего, инициации).
Обсценная лексика в соединении с суржиком присутствует в сатирическо-комедийных пьесах Леся Подервянского (), где она помогает сделать их более реальными, показать принадлежность героев определённым слоям населения.

С 1 февраля 2021 года в России вступил в силу закон, обязывающий администрацию соцсетей и видеохостингов выявлять и блокировать мат. При невыполнении закона руководству соцсетей грозит штраф.

Обсценная лексика в топонимике 
Согласно подсчётам В. Д. Назарова, неполное изучение источников XV—XVI веков позволяет выявить для того времени 67 русских топонимических названий (около 0,1 %), производных от обсценной лексики.
Вот основные, приведённые им, названия:

 Волости:
 Елда (Угличский уезд)
 Залупицы (Вяземский уезд).
 Населённые пункты (деревни, починки и бывшие населённые пункты — селища и пустоши):
 Безделево; Бздихина поляна (деревня), Бздихино, Бздунишка, Бздуново;
 Говенково;
 Пердилово, Пердунов починок, Пердуново, Пердухино, Пердякин починок;
 Блядцово;
 Безмудова;
 Елданицы, Елдахова, Елдено;
 Куярово;
 Мандино, Мандырево;
 Мудищево, Мудово, Мудоково, Мудынин починок;
 Пезделка, Пезделово, Пездлево, Пездлево-Долгое, Пездлевская (Пездлева);
 Пизденково, Пиздино, Пиздоклеин починок, Пиздюрино;
 Хуиково, Хуянков починок;
 Ебехово («Опихалово тож»), Ебшино;
 Поиблица, Поиблой починок.
 Речки:
 Блядея, Бляденка (она же Блядейка), Еботенка, Елдахова (ср. деревню), Мудовка, Наебуха, Ненаебуха, Пиздюрка.
 Дороги:
 Бздеховская дорога, Мандинский путь.

Также упоминается местность Говейнов заулок и Блядейский отвершек (оврага).

Ряд названий образован от личных имён, и таким образом даёт представление также об обсценной лексике в антропонимии, сообщая нам о существовании людей с именами: Бздиха, Пердун, Пердяка, Мудыня, Хуянок и т. п.

В некоторых случаях ассоциация с обсценными лексемами может проявляться при нормативной транскрипции некоторых испаноязычных топонимов. Так, аргентинский топоним «Хухуй», в целях соблюдения «принципа благозвучия», являющегося проявлением цензуры, был заменён на «Жужуй».

Исследователи русской обсценной лексики 
Как отмечалось в статье В. М. Мокиенко «Русская бранная лексика: цензурное и нецензурное» (1994), активными теоретическими исследованиями русской обсценной лексики в XX веке занимались в основном зарубежные исследователи. Начиная с конца 1970-х годов, на Западе был опубликован целый ряд статей и монографий на эту тему. С началом перестройки несколько лексикографических справочников было выпущено в США — их характеризовала уже практическая направленность, стремление «пополнить лексический багаж» студентов-русистов, обучающихся на стандартных литературных русских текстах, облегчить для них живое общение с русскими.

Начало российским исследованиям в этой сфере положили работы Б. А. Успенского и В. Быкова, которые также вышли за рубежом. Структурному анализу обсценных высказываний посвящена статья Ю. И. Левина «Об обсценных выражениях русского языка», впервые опубликованная за рубежом в 1986 г. и вошедшая в российский том избранных сочинений учёного (1998). Одним из первых исследователей русского мата является , которая в шестидесятые годы защитила по этой теме кандидатскую диссертацию, которая сразу же после защиты была отправлена в спецхранилище Государственной библиотеки СССР имени В. И. Ленина и выдавалась только по специальному разрешению. В семидесятые годы она по этой же теме защитила докторскую диссертацию. В 1996 году Ахметова выпустила книгу. В 1998 году российские исследователи А. Н. Баранов и Д. О. Добровольский выпустили словарь «Русская заветная идиоматика».

В 1997 появилась в России научная монография, посвященная проблемам сквернословия, написанная доктором филологических наук профессором В. И. Жельвисом «Поле брани. Сквернословие как социальная проблема» (переиздана в 2001). Книга В. Ю. Михайлина «Русский мат как мужской обсценный код: проблема происхождения и эволюция статуса» вышла в 2003 году (журнальная публикация первой редакции — в 2000 г. в «Новом литературном обозрении»).

Критическому анализу словарей русского мата посвящена статья А. Ю. Плуцера-Сарно «Матерный словарь как феномен русской культуры». Здесь же приводится библиография лексикографических источников за период 1970—1996 годы. В 2001—2005 гг. Плуцер-Сарно издал первый («Лексические и фразеологические значения слова „хуй“») и второй («Опыт построения справочно-библиографической базы данных лексических и фразеологических значений слова „пизда“») тома 12-томного «Словаря русского мата», который он составляет в течение 25 лет.

Исследователь русского народного творчества А. Н. Афанасьев собрал матерные образцы русского фольклора и опубликовал в книге «Русские заветные сказки».

См. также 
 Арго
 Вульгаризм
 Латинская нецензурная лексика
 Русский мат
 Сленг

Примечания

Литература 
 на русском языке

 27 словарей, изданных в России и СССР с 1859 по 2005 гг. — CD «Собрание толковых словарей тюремного и блатного жаргона», М.: 2005, Словарное издательство ЭТС (Электронные и Традиционные словари), ISBN 5-86460-118-7
 
 Балдаев В. К., Исупов И. М. Словарь тюремно-лагерно-блатного жаргона (речевой и графический портрет советской тюрьмы). М.: «Края Москвы», 1992, 526 стр.
 Быков В. Русская феня. Словарь современного интержаргона асоциальных элементов. Munchen, 1992. 173 с.
 
 
 
 
 
 
 Ильясов Ф. Н. Мат в три хода (опыт социологического исследования феномена нецензурной брани) // Человек. 1990, № 3, 198—204.
 Козловский В. Собрание русских воровских словарей в четырёх томах. Тт. 1-4. New York, 1983.
 Козловский В. Арго русской гомосексуальной субкультуры. Материалы к изучению. New York, 1986, 228 стр.
 Косцинский К. Ненормативная лексика и словари // Russian Linguistics, 1980, № 4, 363—396.
  (переиздано в Левин Ю. И. Избранные труды. Поэтика. Семиотика. — М.: Языки русской культуры, 1998. — С. 809—819.)
 
 
 
 Международный словарь непристойностей. Путеводитель по скабрезным словам и неприличным выражениям в русском, итальянском, французском, немецком, испанском, английском языках. Под ред. А. Н. Кохтева. М., 1992. 90 с.
 
 
 
 
 Росси Жак. Справочник по ГУЛАГу. Исторический словарь пенитенциарных институций и терминов, связанных с принудительным трудом. Предисловие Алена Безансона. London, 1987, 546 стр. Изд. 2-е (в двух частях), дополненное. Текст проверен Н. Горбаневской. М., 1991.
 Русский мат. Толковый словарь CD, Словарное издательство ЭТС (Электронные и Традиционные Словари)
 Словарь воровского языка. Слова, выражения, жесты, татуировки. Тюмень: НИЛПО, 1991, 170 стр.
 Три века поэзии русского Эроса. Публикации и исследования. М.: Издательский центр театра «Пять вечеров», 1992. 160 с.
 
 Успенский Б. А. Мифологический аспект русской экспрессивной фразеологии (статья первая) // Studia Slavica Hungarica. XXIX, Budapest, 1983, 33-69.
 Успенский Б. А. Мифологический аспект русской экспрессивной фразеологии (статья вторая) // Studia Slavica Hungarica. XXXIII/1-4, Budapest, 1987, 37-76.
 Успенский Б. А. Религиозно-мифологический аспект русской экспрессивной фразеологии // Semiotics and the History of Culture. Ohio, 1988, 197—302.
 Файн А., Лурье В. Все в кайф. СПб., 1991, 196 стр.
 Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. / Под ред. Б. А. Ларина; пер. с нем. и предисл. О. Н. Трубачёва. Тт. 1-4. М., 1964—1973; 2-е изд. 1986—1987.
 Чернышев А. В. Современная советская мифология. Тверь, 1992. 80 с.
 Эротика 1992 — Эротика в русской литературе: от Баркова до наших дней. Тексты и комментарии (Литературное обозрение. Специальный выпуск). М., 1992, 112 стр.
 

 на других языках

 Brodsky Hannah. Modern Trends in English Borrowings into Russian // Australian Slavonic and East European Studies. 1992, № 2, 71-84.
 Prof. Devkin V. Russische obszöne Lexika (Langenscheidt Verlag, Germany)
 Drummond D.A., Perkins G. Dictionary of Russian Obscenities. 3-d, revised edition. Oakland, 1987, 94 стр.
 Elyanov D. The Learner’s Russian-English Dictionary of Indecent Words and Expressions. 2-d revised edition. Pacific Grove, 1987, 128 стр.
 Ermen I. Der obszöne Wortschatz im Russischen. Etymologie, Wortbildung, Semantik, Funktion. Magisterarbeit. Berlin, 1991, 105 стр.
 Galler Meyer, Marquess Harlan E. Soviet Prison Camp Speach. A Survivor’s Glossary. Supplement by Terms from the Works of A. I. Solzenicyn. Madison, 1972, 216 стр.
 Galler Meyer. Soviet Prison Camp Speach. A Survivor’s Glossary. Supplement. Hayward, California, 1977, 102 стр.
 Geiges A., Suworowa T. Liebe steht nicht auf dem Plan. Frankfurt, 1989.
 Glasnost M. 100 schmutzige russische Woörter. Deutsch-kyrillische Lautschrift. Herausgegeben von M. Glastnost und illustriert von G. Bauer. Frankfurt/Main, 1988, 69 стр.
 Haudressy Dola. Les mutations de la langue russe. Ces mots qui disent l’actualité. Paris, 1992, 269 стр.
 
 Kaufmann Ch.A. A Survey of Russian Obscenities and Invective Usage // Maledicta IV, 2, 1981, 261—282.
 Patton F.R. Expressive means in Russian youth slang // , 1980, № 24, 270—282.
 Plahn J. Хуйня-муйня и тому подобное // Russian Linguistics, vol. 11, 1987, 37-41.
 Raskin V. On Some Peculiarities of Russian Lexikon // Papers from the Parasession on the Lexicon. Chicago, . 1978, 312—325.
 Razvratnikov Boris Sukich. Elementary Russian Obscenity // Maledicta III, 197—204.
 Timroth W. von: Russische und sowjetische Soziolinguistik und tabuisierte Varietäten des Russischen (Argot, Jargons, Slang und Mat) // Slawistische Beiträge. Bd. 164. München, 1983, 7-73.
 Timroth W. von: Russian and Soviet Sociolinguistics and Taboo Varieties of the Russian Language (Slawistische Beiträge, Bd. 205). München, 1986.

Ссылки 

 
 Цена слова, телепередача «Хмурое утро»
 ФЗ «О государственном языке Российской Федерации» // Российская газета — Федеральный выпуск № 0(3789) 7 июня 2005 г.
  (канал ТВ-6)

Лексикология