У рожденного (jātasya : м. ед. род.), непременно (hi), определенная (dhruvas: м. ед. им.) смерть (mṛtyur: м. ед. им.), и (ca) определенное (dhruvam: с. ед. им.) рождение (janma: с. ед. им.) — у мертвого (mṛtasya : м. ед. род.). От этого (tasmāt: с. ед. отл.) ради (arthe: м. ед. местн.) неизбежного (aparihārye : м. ед. местн.) ты (tvam: 2 ед. им.) не (na) можешь (arhasi: 2 ед. акт. наст. √arh) горевать (śocitum: инф. √śuc). Рожденного, несомненно, ждет смерть, а умершего, несомненно, — рождение. Поэтому ты не должен скорбеть о неизбежном.
2.27 jātasya hi dhruvo mṛtyur dhruvaṃ janma mṛtasya ca | tasmād aparihārye 'rthe na tvaṃ śocitum arhasi ||.