Теперь — об умирании богов вокруг [дыхания]. Поистине, этот Брахман сияет, когда пылает огонь, и он умирает, когда [огонь] не пылает. Тогда жар его идет в солнце, дыхание — в ветер. Поистине, этот Брахман сияет, когда видно солнце, и он умирает, когда [солнца] не видно. Тогда жар его идет в луну, дыхание — в ветер. Поистине, этот Брахман сияет, когда видна луна, и он умирает, когда [луны] не видно. Тогда жар его идет в молнию, дыхание — в ветер. Поистине, этот Брахман сияет, когда вспыхивает молния, и он умирает, когда [молния] не вспыхивает. Тогда жар его идет в страны света, дыхание — в ветер. Поистине, все эти божества, проникнув в ветер, умерев в ветре, не уничтожаются — они снова поднимаются из него. Это относительно божеств. Теперь относительно тела.
athāto daivaḥ parimaraḥ. etad vai brahma dīpyate yad agnir jvalaty athaitan mriyate yan na jvalati. tasyādityam eva tejo gacchati vāyuṃ prāṇaḥ. etad vai brahma dīpyate yad ādityo dṛśyate 'thaitan mriyate yan na dṛśyate. tasya candramasam eva tejo gacchati vāyuṃ prāṇaḥ. etad vai brahma dīpyate yac candramā dṛśyate 'thaitan mriyate yan na dṛśyate. tasya vidyutam eva tejo gacchati vāyuṃ prāṇaḥ. etad vai brahma dīpyate yad vidyud vidyotate 'thaitan mriyate yan na vidyotate. tasya vāyum eva tejo gacchati vāyuṃ prāṇaḥ. tā vā etāḥ sarvā devatā vāyum eva praviśya vāyau mṛtvā na mūrchante. tasmād eva punar udīrate. ity adhidaivatam athādyātmam.