Те, у кого нет заблуждения/ослепления самомнения/гордости/гнева (nir-māna-mohās: м. мн. им., БВ), те, у кого побежденные привязанности и пороки (jita-saṅga-doṣās : м. мн. им., БВ), те, у кого всегда [состояние] «адхьятма» (adhyātma-nityās: м. мн. им., БВ), те, у кого исчезнувшие желания (vinivṛtta-kāmās : м. мн. им., БВ), освобожденные (vimuktās : м. мн. им.) от двойственностей (dvaṃdvais: с. мн. тв.), именуемых «наслаждение – страдание» (sukha-duḥkha-saṃjñais: с. мн. тв., БВ), достигают/идут (gacchanti: 3 мн. акт. наст. √gam), неодураченные (amūḍhas : м. мн. им.), области/состояния (padam: с. ед. вин.) нетленной/вечной (avyayam: с. ед. вин.) той (tat: с. ед. вин.). Не ослепленные самомнением, победившие привязанности и пороки, постоянно погруженные в Атман, свободные от желаний и избавившиеся от двойственности, именуемой «наслаждение – страдание», незаблуждающиеся достигают того Вечного Прибежища.
15.5 nirmāna-mohā jita-saṅga-doṣā adhyātma-nityā vinivṛtta-kāmāḥ | dvaṃdvair vimuktāḥ sukha-duḥkha-saṃjñair gacchantyamūḍhāḥ padam avyayaṃ tat ||.