Бхагаван! Видишь ты правду, ты существа проницаешь; Ведаешь ты, без сомненья, тяжкие бедствия наши.	evaṃ yad āttha bhagavann āmṛṣṭaṃ naḥ paraiḥ padam pratyekaṃ viniyuktātmā kathaṃ na jñāsyasi prabho // Ks_2.31
Тарака, демон великий, гордый дарами твоими, Словно комета, вознесся, гибель мирам возвещая.	bhavallabdhavarodīrṇas tārakākhyo mahāsuraḥ upaplavāya lokānāṃ dhūmaketur ivotthitaḥ // Ks_2.32
В городе асуров грозных жаркое солнце смирилось: Лотосы лишь пригревает, жечь и палить не дерзая.	pure tāvantam evāsya tanoti ravir ātapam dīrghikākamalonmeṣo yāvanmātreṇa sādhyate // Ks_2.33
Тараке месяц покорен; асуров он ублажает, Не забывая при этом только могучего Шиву.	sarvābhiḥ sarvadā candras taṃ kalābhir niṣevate nādatte kevalāṃ lekhāṃ haracūḍāmaṇīkṛtām // Ks_2.34
Там, заменив опахала асурам неумолимым, Ветры цветов не срывают, кроткие, веют пугливо.	vyāvṛttagatir udyāne kusumasteyasādhvasāt na vāti vāyus tatpārśve tālavṛntānilādhikam // Ks_2.35
Там времена вековые неутомимого года Трудятся одновременно, сад наполняя цветами.	paryāyasevām utsṛjya puṣpasaṃbhāratatparāḥ udyānapālasāmānyam ṛtavas tam upāsate // Ks_2.36
Сам повелитель потоков ждет не дождется жемчужин, Тараке дар предназначив, медленно зреющий в море.	tasyopāyanayogyāni ratnāni saritāṃ patiḥ katham apy ambhasām antar ā niṣpatteḥ pratīkṣate // Ks_2.37
Вместо светильников змеи, в чьих головах самоцветы, Тараке служат ночами; Васуки тоже смирился.	jvalanmaṇiśikhāś cainaṃ vāsukipramukhā niśi sthirapradīpatām etya bhujaṃgāḥ paryupāsate // Ks_2.38
Индра врагу не перечит, и, помыкая гонцами, С древа желаний в подарок шлет он цветы супостату.	tatkṛtānugrahāpekṣī taṃ muhur dūtahāritaiḥ anukūlayatīndro 'pi kalpadrumavibhūṣaṇaiḥ // Ks_2.39
Но, помыкая мирами, сам супостат не смирился; Лютую злобу такую разве что сила смиряет.	ittham ārādhyamāno 'pi kliśnāti bhuvanatrayam śāmyet pratyapakāreṇa nopakāreṇa durjanaḥ // Ks_2.40
Райских садов не щадит он, губит он, рубит, ломает, Даже цветы ненавидит, милые женам бессмертных.	tenāmaravadhūhastaiḥ sadayālūnapallavāḥ abhijñāś chedapātānāṃ kriyante nandanadrumāḥ // Ks_2.41
Стоит заснуть ему только, веют над ним опахала Плачущих пленниц небесных, как ветерок со слезами.	vījyate sa hi saṃsuptaḥ śvāsasādhāraṇānilaiḥ cāmaraiḥ surabandīnāṃ bāṣpaśīkaravarṣibhiḥ // Ks_2.42
Гору великую Меру Солнце топтало конями; Гору злодей обезглавил, горок наделал потешных.	utpāṭya meruśṛṅgāṇi kṣuṇṇāni haritāṃ khuraiḥ ākrīḍaparvatās tena kalpitāḥ sveṣu veśmasu // Ks_2.43
В Ганге небесной остались лишь замутненные воды; Алчный, в свои водоемы лотосы переселил он.	mandākinyāḥ payaḥśeṣaṃ digvāraṇamadāvilam hemāmbhoruhasasyānāṃ tadvāpyo dhāma sāṃpratam // Ks_2.44
Боги не смеют сегодня миром своим любоваться И разъезжать не дерзают на колесницах воздушных.	bhuvanālokanaprītiḥ svargibhir nānubhūyate khilībhūte vimānānāṃ tadāpātabhayāt pathi // Ks_2.45
Если приносят нам жертву, Тарака, Майей владея, Пламя голодное грабя, жертвою завладевает.	yajvabhiḥ saṃbhṛtaṃ havyaṃ vitateṣv adhvareṣu saḥ jātavedomukhān māyī miṣatām ācchinatti naḥ // Ks_2.46
Конь из коней Уччхайшравас, слава могучего Индры, Этот скакун драгоценный, Таракой тоже присвоен.	uccair uccaiḥśravās tena hayaratnam ahāri ca dehabaddham ivendrasya cirakālārjitaṃ yaśaḥ // Ks_2.47
Против злодея бессильна сила великая наша; Против недуга тройного не помогает лекарство.	tasminn upāyāḥ sarve naḥ krūre pratihatakriyāḥ vīryavaty auṣadhānīva vikāre sāṃnipātike // Ks_2.48
Неотразимая чакра ныне сверкает покорно, Как ожерелье на шее нашего недруга злого.	jayāśā yatra cāsmākaṃ pratighātotthitārciṣā haricakreṇa tenāsya kaṇṭhe niṣka ivārpitaḥ // Ks_2.49
Верх над Айраватой нашим взяли слоны супостата И на свободе играют, бивнями тучи пронзая.	tadīyās toyadeṣv adya puṣkarāvartakādiṣu abhyasyanti taṭāghātaṃ nirjitairāvatā gajāḥ // Ks_2.50
Нашему войску, Владыка, нужен теперь Предводитель Так же, как надобно знанье чающим освобожденья.	tad icchāmo vibho sṛṣṭaṃ senānyaṃ tasya śāntaye karmabandhacchidaṃ dharmaṃ bhavasyeva mumukṣavaḥ // Ks_2.51
Необходим Предводитель нашему войску, Владыка, Чтобы воинственный Индра мог возвратить нам Победу.
goptāraṃ surasainyānāṃ yaṃ puraskṛtya gotrabhit pratyāneṣyati śatrubhyo bandīm iva jayaśriyam // Ks_2.52.