И теперь меня ждет в мире Ни с чем не сравнимое бесчестие». Пока, рыдая, в смятении чувств, Царь так говорил Кайкейи,
akīrtiratulā loke dhruvaḥ paribhavaśca me. tathā vilapatastasya paribhramita cetasaḥ.