Ни на волос не отклонялись его подданные с пути, проложенного со времени Ману, как с колеи обод колеса у доброго колесничего. Для их же блага собирал он налоги со своих подданных, в чем подобен был солнцу, собирающему воду в облака, только чтобы сторицей излить ее обратно на землю. Войско было для него — как знак царского достоинства, а средств для достижения цели два: нетленная мудрость, заключенная в шастрах, и напряженная тетива его боевого лука. Предприятия его, чьи замыслы всегда покрыты были тайной и непостижимы облик и поведение, лишь в плодах своих становились явны, как в укоренившихся впечатленьях — деяния прошлых рождений. Он берегся, не ведая страха, блюл веру, не будучи больным, без алчности умножал богатство, без вожделения вкушал наслажденье. При великом знании — молчаливость, при великой мощи — снисходительность, при щедрости — неприятие лести, и казалось, что каждые оба достоинства в сочетании этом один имеют источник. Неприверженный к мирскому, прозревший науки до самого предела, он, черпающий радость в добродетели, обрел мудрость преклонных лет без сопутствующей им немощи. И для подданных своих, благодаря воспитанию в них смирения, защите их и заботе о них, был он подлинно отцом, меж тем как отцы их — родителями только. У него, мудрого, карающего заслуживших кару ради мира, женившегося ради потомства, даже Выгода и Желание обратились оба в одну Добродетель. Он доил землю ради жертвоприношения, ради урожая Индра — небо; так, обмениваясь богатствами, поддерживали оба порядок в обоих мирах. Не могли соперничать с ним другие цари в славе защитника людей, ибо при нем от чужого имущества бежавшее воровство только и осталось что в звучании слова. Ученого человека, даже враждебного, он приветствовал, как больной — целебную траву, порочного, даже друга, отсекал, как ужаленный змеею палец. Поистине, средоточием великих сил природы создал его Создатель, ведь только благу других служили все его достоинства. И он правил безраздельно землею, как единым городом, опоясанным как стенами берегами и как рвами океанами.
rekhāmātram api kṣuṇṇād ā manor vartmanaḥ param na vyatīyuḥ prajās tasya niyantur nemivṛttayaḥ.