Времени не оставалось даже на то, чтобы помахать платочком.
Постоянно тянет в полет. Хотя бы в самую обычную стаю журавлей. Или просто за штурвал ракетоносца. Потому что до невозможности обрыдла повседневность. Саммиты. Приемы. Совещания. Жизнь тяжела, скудна и беспросветна. Кремлевская рутина угнетает, и даже призрачных надежд на перемены уже не остается. Такие времена - просвета быть не может. Карьера самовыдвиженца завершилась быстро и почти внезапно. Осталось разве только в назначенный день дойти до урны. И перед телекамерами затолкать сакральную бумажку в судьбоносную щель. И дело в шляпе. Итог никаких вопросов уже не вызывает. И команда сбоев не дает.
Предвыборный маршрут отработан был отменно. Чукотка. Калининград. Казань. И, как говорится, далее – везде. Но вот тут-то загвоздка. Если так успешно всем сумели показать, что страна большая, но он всюду поспевает и к новому броску всегда готов, почему бы на последней стадии не сбавить темп слегка и не совместить приятное с полезным. Нет, не об отдыхе и прочей номенклатурной расслабухе тут речь идет. А все о том же – о полете. И цель все та же – напомнить миру, а заодно и всяким отдельным персонажам, с кем они имеют дело.
Команда идею подхватила мгновенно. Осмыслила. Оценила. Обработала. Всяких там журавлей и прочих страусов отвергла сразу. Старо и не впечатляет. Повтор фокуса с ракетоносцем тоже неуместен. Начнут высматривать детали. Найдут много лишнего и не для широкой массы предназначенного. Но ведь полет, если уж так заклинило на этом, может быть и виртуальным. Пусть искусственный интеллект потом отдувается. И всякие прочие структуры и механизмы. А заодно и многочисленные те, кому над приказами свыше рассуждать не полагается. Как все-таки лихо и четко все в его стране устроено!
Оказалось вдруг, что в Краснодарском военном училище летчиков уже выстроена четкая шеренга выпускниц. Нет не ошибка – у команды самовыдвиженца сбоев не бывает. В этом училище когда-то предусмотрели и такой особенный набор. Девушки-летчицы. Прошли полный курс обучения. Каждой присвоено звание лейтенанта. Осталось только получить направления в воинские части. И цветы по случаю международного женского дня. Можно вручить. А заодно порадовать щедрым подарком – персональной беседой о главном. Место встречи готовили умело и решительно. К приезду высочайшего кортежа училище было не узнать. Нигде ни души. Будто все сдали экзамены досрочно и ушли на фронт. Даже на плацу, где не умолкал обычно грохот курсантских каблуков, почти музейная стояла тишина. И вот именно тут случилось невозможное.
В ясном небе вдруг зависли большие птицы. Белые с черными отметинам на крыльях. Похоже, аисты. Но кто-то из вспомогательного персонала вспомнил, что именно таких видел на каком-то сайте. Это стерхи. Редкие птицы из красной книги. Зимуют в Индии, в Иране. Видно, летели на север и сбились с пути. Естественно, могли пугнуть. Шарахнуть, чтобы впредь знали, куда лететь. Вот только времени не было – кортеж приближался.
У стерхов же этих просто случилось несчастье. Какой-то выскочка и наглец, далеко не самый подходящий, вызвался вести всю стаю на север, к злачным местам. Обычная история. Все, как у людей. Но в пути сбился с курса. Завел не туда. И вообще занемог. Оптимисты утешали отчаявшихся. И вспоминали старую легенду. Будто однажды случилось что-то похожее. И тогда появился некто с дельтапланом. И вывел стаю к достатку и общему счастью. Почему бы такому не повториться? Известно, птицы. Что с них взять!.. А в училище уже назревал скандал.
Однако почетный гость устремился сразу к тренажерам. По свидетельству журналистов взмыл тотчас в небо. Естественно, встретившись после «полета» с выпускницами, не забыл о цели визита в училище – эффектном завершении своей предвыборной кампании. А потому поведал честно о собственной летной карьере. И оказалось вдруг, что она почти уникальна. «Сейчас только был на тренажере с товарищем лейтенантом (сдержанный кивок в сторону одной из выпускниц) с товарищем лейтенантом – это тоже впечатления определенные. Но пилотировал… Знаете, я, если так, по-настоящему, пилотировал только «этажеркой». Летал вместе с журавлями, если вы обратили внимание… Помните, было несколько лет назад… Но это не тренажер, там действительно я пилотировал…»
Он понимал, что этого мало. Вот разошлют выпускниц по назначению. А их летные подразделения могут отправить на фронт. Всякое там бывает. И вспомнят ли они потом об этой встрече? Надо бы сказать им что-то особенное. Простое, но необходимое. Чтобы помнили. И он нашел такие слова.
«Очень хорошая процедура – вам, как офицерам , это важно – это закаливание. Правда!.. Горячий и холодный душ или контрастные ванны – самое эффективное средство закаливания. Помню, знаете, когда пацаном был еще, жил в Ленинграде, у нас там… У нас и ванны-то не было в коммуналке, но тем не менее я выходил во двор зимой и обтирался снегом, пацаном еще был».
После этих слов можно было бы поставить выразительную точку. В избирательной кампании самовыдвиженца. И в простодушных надеждах на какие бы то ни было перемены в этой несчастной стране.
А простодушные стерхи не спешили улетать. Они все еще чего-то ждали на пустом плацу. Возможно, им казалось, что вот именно сейчас и должен появиться тот, который с дельтапланом. Подойдет, окинет всех привычным строгим взглядом. Оценит общую готовность к долгому полету на далекий север. И поднимет стаю на крыло. Пустые надежды!
Избирательная кампания самовыдвиженца уже завершала свой трудный маршрут. И замыкала четкий круг. Времени не оставалось даже на то, чтобы дать возможность девушкам на прощанье помахать платочком. Лейтенанты-летчицы стояли у порога своего училища и смотрели вослед дорогому гостю. Надо же, какой простой и уникальный. Да что там говорить, настоящий пилот. Как он лихо взмыл! Из питерской затхлой подворотни – вертикально ввысь. И там, в зените, ему никто не нужен. Встреча власти с народом закончена. Ни у кого и ни на что времени уже не оставалось.
Пятый срок выруливал на взлет.
Владимир Халип, специально для Charter97.org