Как построить флот, не имея выхода к морю? Эфиопия
Эфиопия — одно из немногих государств Чёрного континента, которое последние двадцать лет демонстрирует способность к установлению политической стабильности своими силами и заметный экономический рост, что, в свою очередь, требует расширения возможностей для внешней торговли страны и эффективного обеспечения её интересов в столь взрывоопасном регионе мира как Африканский рог.
Современный этап развития Эфиопии связан, главным образом, с деятельностью Мелеса Зенауи, президента и, в последующем, премьер-министра страны, правившего страной с 1991 по 2012 годы. Он стал одним из авторов конституции 1994 года, согласно которой Эфиопия стала парламентской республикой с федеративной формой государственного устройства, что позволило в целом погасить межэтнические конфликты в стране, а народы орома, тиграи, сомали, гураге и сидано получили долгожданную автономию. Спустя 31 год гражданской войны государство смогло приступить к мирному строительству.
Правительство Зенауи провело широкомасштабную аграрную реформу, передав находящуюся в госсобственности землю в аренду крестьянским хозяйствам на 99 лет. С начала 2000-х годов и по настоящий момент Эфиопия переживает настоящий экономический бум. Если ещё в 2000 году Эфиопия была третьей по списку беднейшей страной в мире, в которой свыше половины населения проживало за чертой бедности, то на протяжении последующих 16 лет страна демонстрировала невероятные темпы роста экономики. Согласно данным Международного валютного фонда, с 2000 по 2016 годы Эфиопия была третьей страной в мире с численностью свыше 10 млн человек с наиболее высоким ростом ВВП на душу населения. Государство смогло выйти на второе место в Африке по выращиванию кукурузы и по экспорту цветов, шестое место в мире по экспорту кофе и десятое место в мире по производству животноводческой продукции.
За последние 18 лет серьёзное развитие получила и промышленность. Несмотря на то, что Эфиопия является преимущественно аграрной страной, всё большую роль в экономике получает лёгкая и пищевая промышленность, производство стройматериалов. По примеру Тайваня и Южной Кореи Зенауи старался сочетать руководящую роль государства в экономике с иностранными инвестициями в ряде отраслей. В начале 2010-х годов в стране был открыт даже автосборочный завод. Ориентированная на экспорт стратегия заставляет Аддис-Абебу всё больше внимания уделять развитию инфраструктурных проектов, в рамках которых при Зенауи и при нынешнем премьер-министре Ахмеде Али Абие были построены новые автомобильные и железные дороги, связавшие Эфиопию с соседними странами. Всё это способствует превращению республики в экономический центр Восточной Африки.
Особое внимание премьер Абий уделяет морским проектам. За последние годы Эфиопия активно вкладывает средства в порты Судана, Джибути и Сомалиленда, которые становятся всё более важными узлами торговли со странами Африканского рога. Однако, учитывая проблему пиратства и международного терроризма в этом регионе, решающую роль в экономическом развитии Эфиопии и её стран-соседей будет играть обеспечение безопасности торговых судов в Красном море и Аденском заливе. Иными словами, Эфиопии необходим военно-морской флот, о чём ещё летом прошлого года заявил на своём выступлении по государственному телевидению Абий Ахмед: «Мы построили одни из наиболее сильных сухопутных и военно-воздушных сил в Африке… Мы также должны обеспечить все возможности для наших военно-морских сил в будущем». И здесь, естественным образом, возникает ряд интересных моментов.
В первую очередь, стоит напомнить, что с отделением Эритреи в 1993 году Эфиопия лишилась собственного выхода к морю. Более того, после военного конфликта отношения между странами 1998−2000 гг. продолжают оставаться напряжёнными несмотря на мирное соглашение 2000 года. В июле 2018 года Ахмед Абий и его эритрейский визави Исайяс Афеверки восстановили дипломатические отношения. Однако несмотря на открытие посольств, возобновление авиарейсов и предоставление Эфиопии права использовать в гражданских целях порты Массава и Ассаб, Эритрея слишком опасается появления на своей территории военно-морских баз страны, ещё совсем недавно бывшей главной угрозой её независимости.
Пожалуй, наиболее вероятным вариантом для стоянки военных кораблей Эфиопии будет Джибути. Одноимённая столица этой страны в настоящее время является ключевым торговым портом для Эфиопии, через который проходит 95% экспорта и импорта страны. В 2018 году эфиопские госкорпорации приобрели долю в порте Джибути и протянули 759 км железной дороги соединив порт Доралех (соседний с Джибути) с Аддис-Абебой. В порту Джибути на постоянной основе размещаются 11 эфиопских торговых судов, регулярно совершающие рейсы в порты Персидского залива, Южной Азии, Индонезии, Сингапура, Японии, Китая Кореи и Южной Африки.
Тем не менее глава государственной компании Ethiopian Shipping & Logistics Services Enterprise (ESLSE), Роба Мегресса Акавак в июне прошлого года в интервью изданию Bloomberg заявил, что в настоящее время политика и экономика Джибути уже в значительной степени контролируется иностранными военно-морскими силами, включая Францию, Японию, Китай и США. «Мы опасаемся, что при подобном раскладе сил Джибути с трудом сможет решать свою собственную судьбу, а это представляет угрозу и для Эфиопии», — отметил Роба.
В связи с этим, Эфиопия старается не класть все яйца в одну корзину и максимально диверсифицировать возможности для своих действий в море. В мае 2018 года с руководством Судана был подписан ряд соглашений об использовании эфиопским торговым флотом порта Судан на Красном море. В прошлом году Аддис-Абеба заключила ряд сделок с самопровозглашённой Республикой Сомалиленд о приобретении 19-процентной доли в порту Бербера, а также о строительстве железной дороги до порта.
Также весной 2018 года новую жизнь получил инфраструктурный проект LAPSSET, призванный связать морские порты Кении с городами Эфиопии, Уганды и Южного Судана железными и автомобильными дорогами, а также газопроводом. Договор был заключён ещё в 2012 году, но был отложен в долгий ящик из-за отсутствия финансовых средств у участников. Лишь в прошлом году эфиопский премьер заключил сделку с кенийским президентом Кениатой о приобретении земли на кенийском острове Ламу для начала строительных работ первого участка транспортного коридора.
Стратегическая задача по строительству военно-морских сил Эфиопии, как ни странно, представляет выгоду не только для Аддис-Абебы, но и для всех государств Африканского рога. Не имея выхода к морю, Эфиопия располагает наиболее развитой экономикой и военной мощью в регионе, в то время как соседние прибрежные государства этим похвастать не могут. Строительство портов и потенциальных морских баз будет способствовать развитию национальных экономик стран-соседей, повысит их привлекательность и надёжность как партнёров в торговле с иностранными державами. Кроме того, экономическая взаимозависимость государств региона при поддержке эфиопского флота будет способствовать примирению внешнеполитических позиций и большему единству взглядов на укрепление общей безопасности и поддержанию стабильности в Восточной Африке.
В настоящее время в городе Бахир-Дар провинции Амхара действует Эфиопский морской институт (Ethiopian Maritime Training Institute — EMTI S.C.), ежегодно выпускающий 500 гражданских инженеров и технических специалистов в сфере морского транспорта. В планах этого института, согласно его официальной интернет-странице, удвоить число выпускников в ближайшие годы. Согласно информации того же сайта, специалисты, пройдя пятилетний курс обучения, имеют все необходимые знания и навыки для эффективной работы в сфере кораблестроения по всему миру. Однако, создание военно-морских сил — задача несколько иного плана. Построить флот практически с нуля требует колоссальных финансовых вливаний и значительного времени для полноценной подготовки моряков, ведь последний раз Эфиопия располагала собственными военными кораблями лишь в начале 90-х годов. Однако подобные устремления амбициозного главы эфиопского правительства вызывают заметный интерес и у некоторых иностранных держав.
13 марта этого года Эммануэль Макрон посетил Аддис-Абебу. Этот визит СМИ уже успели назвать историческим. Макрон — первый французский президент, посетивший Эфиопию впервые с начала 1970-х годов. В ходе встречи Абия и Макрона было заключено соглашение об оборонном сотрудничестве двух стран, в рамках которого Франция обязуется оказать финансовую, техническую помощь в строительстве морского компонента вооружённых сил Эфиопии. Среди французской делегации присутствовали также представители бизнеса, в частности телекоммуникационного гиганта Orange и энергетической компании Total, проявляющие интерес к соответствующим секторам эфиопской экономики, в которых нынешний премьер начал частичную приватизацию.
Париж последние годы всё активнее интересуется Африкой, даже теми её странами, что прежде никогда не находились под её контролем: в частности, расширяя экономическое сотрудничество с Нигерией и Ганой. Военное соглашение с экономически развивающейся и политически стабильной стомиллионной Эфиопией — уникальная возможность для Франции упрочить своё геополитическое положение в том регионе континента, где её влияние традиционно было невелико. Для Аддис-Абебы же помощь Парижа не только ускоряет начало полноценного военно-морского строительства, но и позволяет укрепить позиции Эфиопии в Джибути (как наиболее вероятной первой военно-морской базы), бывшей французской колонии, где влияние Пятой республики до сих пор очень велико.
Значительное внимание к Африканскому рогу в последние годы проявляют и Объединённые Арабские Эмираты. Активное участие эмиратской армии в боевых действиях в Йемене способствовали укреплению позиций Абу-Даби в Аденском заливе и Красном море. ОАЭ имеют военные базы в Эритрее, Сомалиленде и на йеменском острове Сокотра. Политика Эмиратов по Йемену и Сирии, как известно, далека от пан-исламистской идеологии в духе Саудовской Аравии и характеризуется прагматичным подходом и поддержкой жёстких светских режимов, способных установить стабильность в той или иной стране, примером тому поддержка шиита Салеха в Йемене и полноценное возобновление отношений с Дамаском в декабре прошлого года. В этих условиях ежегодные встречи на высшем уровне руководства Эфиопии и ОАЭ, посвящённые различным инфраструктурным и торговым проектам, вполне укладываются в стратегию Абу-Даби в регионе. Расширение влияния светской Эфиопии на сопредельные государства с перспективой их последующей стабилизации удовлетворяет нынешние внешнеполитические и внешнеэкономические амбиции ОАЭ. Это даёт основания полагать, что Эмираты также будут способствовать созданию эфиопского военно-морского флота.
В целом, стоит заметить, что многие зарубежные эксперты сходятся во мнении, что Эфиопия, при нынешних темпах развития, будет играть стабилизирующую роль в Восточной Африке. Аддис-Абеба играет ключевую роль в миротворческих операциях ООН в Судане, Южном Судане и Сомали. Помимо того, США называют именно Эфиопию своим главным партнёром по борьбе с терроризмом в Сомали, с которым у американских военных связано много негативных воспоминаний, начиная с печально известного «Дня рейнджеров» в октябре 1993 года. Качественный рост эфиопских вооружённых сил и создание их морского компонента является большим плюсом и для Китая, озабоченного безопасностью своего «Морского шёлкового пути» на участке Аденского залива и Красного моря, кишащего всевозможными пиратами и исламскими террористами. Таким образом, стратегическая задача Эфиопии по созданию военно-морского флота близка практически всем силам, заинтересованным в стабилизации Африканского рога. Всё зависит лишь от того, сможет ли руководство этой страны провести её через реформы и уберечь общество от серьёзных социальных проблем.