В Башкортостане расследуют дело о протестах, которые прошли в январе 2024 года. По версии следствия, их участники оказывали «вооруженное сопротивление» Такой формулировки раньше не было в делах о «массовых беспорядках»
В середине января в Башкортостане прошли массовые протесты в поддержку арестованного, а затем осужденного по делу о возбуждении ненависти активиста Фаиля Алсынова. Вначале протестующие собирались у суда в городе Баймак, где Алсынову выносили приговор, а затем и в центре Уфы. Эти акции стали одними из самых многочисленных с начала полномасштабной войны в Украине. Вскоре Следственный комитет возбудил уголовное дело о «массовых беспорядках» и начал задерживать активистов.
Расследованием, как выяснила «Медиазона», изучившая материалы дела, занимается группа из 33 сотрудников СК. В деле две статьи — о массовых беспорядках (статья 212 УК) и о насилии в отношении представителя власти (статья 318 УК). По версии следствия, протестующие в Баймаке «применяли в качестве оружия камни, деревянные палки и металлические пруты», а также травмировали нескольких сотрудников полиции и Росгвардии, в которых метали «крупные куски замерзшего снега». Демонстранты, как считают следователи, уничтожали «имущество», применяли «предметы, представляющие опасность для окружающих» и оказывали «вооруженное сопротивление» силовикам.
«Медиазона» вспоминает еще несколько дел по статье о «массовых беспорядках», последовавшие за протестами — в 2012 году против нечестных выборов на Болотной, в 2019 году против недопуска кандидатов в городскую думу в Москве, в 2020 году против коронавирусных ограничений во Владикавказе и другие. Однако ни в одном из них, как отмечает издание, не встречалась формулировка «вооруженное сопротивление».
Организатором протестов СК называет башкирского активиста Руслана Габбасова, уехавшего в Вильнюс в 2021 году. По версии следствия, он призывал жителей Башкортостана к «участию в массовых беспорядках» через свой телеграм-канал и ютьюб. Он утверждает, что не обращался ни с какими призывами, только репостил сообщения других людей, «которые, возможно, призывали или просто говорили, мол, я еду или что-то такое». Сам он за несколько дней до протестов записал видеообращение о своем брате, задержанном еще в ноябре, и, упомянув Алсынова, сказал, что «не нужно молчать».
Сколько точно фигурантов в деле о «массовых беспорядках» — неизвестно. По данным «ОВД-Инфо» на начало февраля, фигурантами стали 68 человек. Издание «Пруфы» в начале марта сообщило о 74 задержанных, однако неясно, идет ли речь только об уголовных делах или об административных тоже. Источник «Медиазоны», знакомый с ходом дела, сказал, что «по слухам, есть желание до сотни довести обвиняемых». По его словам, людей опознают по видео и фото, арестовывают по административной статье о неповиновении полиции, а за это время возбуждают уголовное дело.
«ОВД-Инфо» подсчитывал, что после протестов в суды Башкортостана поступило больше 160 административных протоколов о неповиновении полицейским, организации несогласованного мероприятия и участии в несогласованном митинге, создавшем помехи в работе инфраструктуры.
Один из задержанных, Дим Давлеткильдин, после ареста попал в больницу с переломом отростка позвоночника. Его родственники предполагают, что его избили и вынудили дать показания под давлением.
Сестра еще одного задержанного, Рифата Даутова, сообщила, что ее брат умер при неизвестных обстоятельствах. Его задержали 25 января, через неделю после вынесения приговора Фаилю Алсынову, и увезли в неизвестном направлении. После этого с родственниками Даутова связался глава сельсовета деревни, где был задержан Даутов, и пригласил их в морг в Уфе на опознание тела.
По мнению Руслана Габбасова, у протестов против приговора Фаилю Алсынову не было никаких организаторов, а жители Башкортостана вышли, потому что были возмущены необоснованностью обвинения. «Мы, башкиры, все знаем, что Алсынов не говорил то, что ему приписывают, именно это возмутило, поэтому огромное количество и вышло простого народа. А ситуацией воспользовались спецслужбы, чтобы погасить огромный протестный потенциал, который есть в республике», — говорит Габбасов.