Меланхолия по-американски: актеру Майклу Шеннону – 45
7 августа американскому актеру Майклу Шеннону исполняется 45 лет. Шеннон дебютировал в «Дне сурка», дважды номинировался на «Оскар» за роли второго плана в мощнейших драмах «Дорога перемен» и «Под покровом ночи». Актер играл у Гильермо дель Торо, Майкла Бэя, Уильяма Фридкина, Оливера Стоуна, Сидни Люмета, Вернера Херцога, Дэвида Кеппа, воплотил образ Элвиса в «Элвисе и Никсоне» и — мое любимое — генерала Зода в «Человеке из стали». Последние большие роли были в оскароносной «Форме воды» и сериале «451 градус по Фаренгейту». И пускай Шеннона не закидали золотыми статуэтками и большими фестивальными наградами, он все равно остается одним из сильнейших актеров Голливуда. А в день его рождения хотелось бы вспомнить «Укрытие» — драму о работяге, которому чудится конец света.
Майкл Шеннон, виртуозный актер с внушительным зловещим обаянием, сыграл во всех фильмах американского независимого Джеффа Николса («Огнестрельные истории», «Укрытие», «Мад», «Специальный полуночный выпуск», «Лавинг»). Однако солирует артист в «Укрытии», где выступает в роли работяги из консервативных сельских краев Южной Америки, страдающего апокалиптическими видениями. Ночные кошмары сводят с ума не только Кертиса (Шеннон), но и его заботливую жену Саманту (чудесная Джессика Честейн, сыгравшая в том же году в «Прислуге», за которую получила первую номинацию на «Оскар»). Теперь женщина вынуждена справляться с глухой дочкой и мужем, который становится заложником собственных страхов — то ли защищать семью от приближающегося Судного дня, то ли от собственного воображения.
«Укрытие» — драма о тревогах. Фильм изображает человека, окруженного опасностью, и как он пытается понять, контролировать и, возможно, обуздать эту опасность. Героя Шеннона охватывает дикий страх надвигающейся гибели. Природной стихией управлять не получится и Кертис это знает, поэтому, видя ужасающие сны и вязкий дождь, похожий на моторное масло, он задумывается об укреплении подземного бункера. Как не закупить консервов и противогазов, когда собака чуть не отгрызает руку, птицы намертво падают с мрачных небес, а дома мебель внезапно подлетает и левитирует. Этот фильм — редкий случай, когда визуальные эффекты работают на историю, которая не только о катастрофе, причем экологической (главный герой — бурильщик), и мессии, теряющем и обретающем веру, а о рабочем как заложнике капитализма и религиозного общества, а шторм и укрытие — это метафоры. «Это сложно объяснить, но это не просто сны. Это ощущение. Предчувствие чего-то нехорошего».
Автор сценария и режиссер Джефф Николс под атмосферные мелодии Дэвида Уинго изображает страхи реальные и воображаемые, существующие сразу повсюду и нигде: сумасшествие, глухота, торнадо, нападения животных, экономические трудности, социальный остракизм. Однако автор не выступает моралистом, отказываясь обвинять кого-то, а причины заката человечества остаются неизвестны, но правда на стороне страдальца — в конце параноидальные видения мужа чудятся жене и оба наблюдают за надвигающимся штормом и тем самым маслянистым дождем, с которого началась эта трагическая история о предчувствии смерти.
Кажется, ни одна другая картина в фильмографии Майкла Шеннона не позволила ему выступить так выразительно как в «Укрытии», которое определяется вопросом — может ли человек быть угрозой для тех, кого он защищает, и действительно ли защита всегда ведет к безопасности? Правда, финал говорит о том, что безумец оказался провидцем. Сперва кошмары Кертиса настраивают зрителя на то, что близится катастрофа, а потом постепенно и мы, и окружение героя начинаем верить, что мужик просто сходит с ума. Жуткие видения, от которых работяга мочится, потому что страшно, не стыкуются с реальностью и нарушает покой и общественный, и семейный. Однако, когда уже и сам пророк поверил, что шторм — не более чем плод его воображения, оказывается, что он был прав с самого начала. А может, финал — авторский трюк, и безумец не справился с паранойей — вместо реальности выбрал свою апокалиптическую фантазию.
Хотите увидеть воплощение безумия, Майкл Шеннон — тот, кто вам нужен, потому что этот артист, пришедший из театра и однажды уже игравший параноика в конспирологической драме «Глюки», показывает и пафос, и человечность. «Укрытие» немыслимо без Шеннона, и он здесь великолепен, воплощая ранимость и силу, уверенность и беспомощность.
Абсолютно гениально сыграна сцена, где суровый отец (все же кино и об отцовстве) отказывается выпускать жену и дочь из убежища после катастрофы, потому что он убежден — все еще штормит, хотя жена уверена, что никакой бури там нет. И была ли? Герой не открывает дверь — он протягивает жене ключ. «Я тебя люблю, но если я открою дверь, то ничего не изменится. Ты увидишь, что все нормально, но ничего не изменится», — объясняет она. Сцена страшная, напряженная, судьбоносная, и это заслуга тонкой игры Шеннона и Честейн, которые, как родители в николсовском «Специальном полуночном выпуске», не геройствуют, а просто спасают своего ребенка. Шеннон велик и ужасен, когда нахмурившись изображает недоверие, неуверенность, смущение, растерянность, но стоит ему разгневаться, усиливая ощущение полной обреченности, как в сцене, где Кертис предупреждает о божьей каре, Шеннон бесподобен. «Грядет буря небывалая! И никто из вас не готов к этому. Думаете, я безумец? Спите мирно в своих постелях. Потому что если слова мои верны, вам больше не доведется там спать».
Режиссер иллюстрирует нечто более серьезное, чем зловещие знамения в мрачных небесах и мучительных кошмарах. «Укрытие» — история о вечном экзистенциальном ужасе. Оглядываясь назад, трудно поверить, что эта тяжелая психологическая драма об изгнанном пророке осталась без больших трофеев и не была даже замечена «Оскаром». Далеко не все фильмы этого миллениума показали безумие и страх столь тревожно, как шедевр новичка Николса, делающего очень маленькое и поистине независимое кино. Он показывает навязчивое и разрушительное желание предвидеть или хотя бы предупреждать о том, что невозможно познать — только пережить. Джефф Николс — и мистик, и романтик. Один построит убежище своей семье, а другим придется искать убежище в ком-то другом. Возможно, в разговоре с богом. «Укрытие» — меланхоличная пролетарская драма о мужском одиночестве и живой, по-маликовски религиозный портрет общества нашего времени, которое смотрит, но не видит надвигающегося Апокалипсиса.