Где ты, брат: повесть о распаде семьи как крахе Советского Союза
Об авторе книги. Валерий Былинский родился 19 апреля 1965 года в Днепропетровске. Окончил Литературный институт имени А. М. Горького (Москва), живет в Санкт-Петербурге. Работает сценаристом. Считается одним из основателей течения метафизического реализма в современной русской прозе. Дебютировал в 1995 году с рассказом «Риф», опубликованным в журнале «Новый мир». Повесть «Июльское утро» получила в 1997 первую премию «Новое имя в литературе» в российско-итальянском литературном конкурсе «Москва-Пенне». Книга «Риф» вышла в издательстве «Дикси Пресс» в 2014 году, удостоена премии «Ясная Поляна».
Со времён «Анны Карениной» тема семьи для русской литературы — беспроигрышная. Семейные истории всегда находят своего читателя — особенно, если написаны ярко, пронзительно и динамично. «Июльское утро» Валерия Былинского — одна из таких историй.
«Было время, когда мы все жили вместе: отец, мать, Вадим и я» — уже первая фраза вызовет отзвук в груди каждого взрослого человека, который хоть иногда ностальгически вспоминает о жизни под родительским крылом. Буквально сразу текст вовлекает в себя: в нём много узнаваемого, даже родного, но при этом — небанального.
Обаяние и сила «Июльского утра» — не в сюжете (хотя с ним тут всё в порядке), а в описании уютного мира семьи, в характерах и взаимоотношениях героев. Знание сюжетной канвы вряд ли способно перебить удовольствие от прочтения, но всё же ограничусь самым основным.
Семья Ромеевых живет в советском шахтёрском городке на Украине. У нее есть свой дом и автомобиль «москвич». На праздничных застольях отец любит вспомнить, что они — не обычная семья, а из дворян (что, к слову, многое сообщает о советских людях 1970−80-х). Он хочет внушить сыновьям гордость за свой род, но это у него не совсем получается: старший сын с лёгкостью находит изъяны в семейных преданиях, из-за чего те утрачивают благородный блеск. Вадим Ромеев вообще ощущает себя инородным — не только городу, с его незатейливыми житейскими радостями, но и родной семье:
«А ты, Вадим, какой-то не такой, как все. Ты словно не из рода Ромеевых». Брат, усмехнувшись, посмотрел на неё, а затем на всех нас так, словно мы не из его рода».
Младшего сына Валерика (рассказ ведётся от его лица) родители, как часто бывает, любят немного больше, чем старшего. И именно в нём находят талант, который прославит фамилию, — талант к рисованию. Старший брат снисходительно называет его Талантиком или Талантищем, и сам очень неплохо рисует, но к своим рисункам относится небрежно — как к незначительному хобби.
Мотор, разгоняющий действие — беспрерывные попытки младшего брата угнаться за старшим. Стать таким же сильным, умным, взрослым. Таким, чтобы Вадим воспринимал его как равного. Иногда брат снисходит до серьёзного общения и дает советы: «Никогда не изучай мелкие народы, иначе сам станешь мелким». Или предупреждает: «Твое намерение в будущем вступить в Союз художников — это путь к посредственности».
«Лучше быть ниже середины. Вот как наш отец — и на шахте, и стихов не пишет. И это прекрасно, Валера».
Они по отдельности ходят в школу: Валерик — на десяток шагов позади Вадима (продолжение темы погони за старшим братом). Но их родство — больше, чем индивидуальные отношения, и однажды старший брат, даже отсутствуя, защищает младшего от старшеклассников в школьном туалете:
«Эй! — выплыли из тумана слова, — эй, не трогай его… это маленький Ромеев…»
После окончания школы Вадим уезжает в Москву («Я еще понимаю — здесь родиться. Но умереть?»). Он изредка звонит домой, но никогда не приезжает. Так продолжается довольно долго, и, вернувшись из армии, Валерик обнаруживает, что родители скорей гадают, чем знают о том, где находится их старший сын и чем он занимается.
Вскоре и Ромеев-младший собирается в Москву учиться — как и было запланировано в благополучные годы. Но на дворе уже начало 1990-х — нужно как-то выживать и крутиться. В результате он так и не становится успешным художником. Для самого героя это, конечно, плохо, но для литературы — хорошо, поскольку более типично, а потому более жизненно. Валерик рисует портреты на Арбате, торгует одеждой на вещевом рынке в «Лужниках» и однажды, когда становится совсем туго, отыскивает в Москве старшего брата. Встреча проходит без сантиментов: Вадим преуспевает, зарабатывая компьютерной графикой, но упреждает возможную просьбу о деньгах: «И у меня не проси — я точно не дам. Делай их сам. Ты же Ромеев».
Наконец, от безденежья Валерик ввязывается в очень рискованное дело, приносящее неплохой доход. Жизнь налаживается, но, понятно, всё это — до первого прокола. Когда прокол неизбежно случается, ему приходится убегать и скрываться. По совету Вадима он уезжает в родные края и прячется в старом сарае, на берегу моря — в местах, где некогда они отдыхали всей семьей. Но опасность в виде людей бандитского вида на автомобиле находит его и там. И когда положение становится безвыходным, появляется старший брат — и неожиданно, и ожидаемо одновременно. Он приходит, чтобы спасти младшего брата — как позже выясняется, ценой своей жизни. Все предыдущие поступки и суждения Вадима противоречат этой жертве, но она все же приносится. Почему? Ответ, с одной стороны, кажется очевидным, а с другой — «Июльское утро» допускает самые разные интерпретации.
В родительском доме Валерика ждет ещё один неприятный сюрприз: в отсутствие детей родители расстались. В жизни подобное случается не так уж редко, и все-таки: зачем автору понадобился это сюжетный поворот? Не является ли он избыточным? Тут надо сказать: не зря у главных героев — имперская фамилия (ромеями себя называли граждане Римской империи). Есть в «Июльском утре» символ, легко считываемый в момент первой публикации (журнал «Октябрь», №11), но неочевидный сейчас: распад семьи Ромеевых олицетворяет и крушение Советского Союза — «семьи братских народов». Споры о том, мог ли СССР сохраниться, или он был обречен, порой вспыхивают ещё и сейчас. А в 1990-е они велись намного чаще и яростней. И ответ автора на этот вопрос, судя по всему: нет, не мог, поскольку любая семья со временем разрушается, чтобы дать жизнь новым семьям. Это грустно, но неизбежно.
Вскоре Валерик снова собирается в Москву — потому, что прежнего дома уже не осталось.
В завершение следует сказать, что повесть «Июльское утро» и двадцать лет спустя не утратила ни актуальности, ни способности волновать. Свидетельством тому два факта: она заняла центральное место в сборнике «Риф», который в 2015 году был удостоен премии «Ясная поляна», а в 2018-м — экранизирована. Название фильма запомнить легко — «Кровь». Вы понимаете, почему он называется именно так.