В дни австралийского гоночного уик-энда команда Williams попала в заголовки новостей по незавидному поводу: она смогла выставить на старт только одну машину, тогда как вторая была серьёзно разбита ещё на тренировке. Джолион Палмер, бывший гонщик Формулы 1, а ныне эксперт официального сайта чемпионата, считает, что в Williams в той ситуации действовали неправильно.
Перед началом сезона команды стараются до последнего заниматься разработкой шасси, поэтому собирают свои машины в самый последний момент перед началом сезона. В этом году в Williams задержались дольше всех, и их первая машина выехала на трассу только за день до начала зимних тестов – в команде объяснили это агрессивным подходом, связанным с пересмотром всего процесса создания машины.
Понятно, что через неделю после этого на первый этап сезона команда привезла в Бахрейн и вторую FW46, но вызывает полное недоумение тот факт, что даже к третьей гонке в Williams не смогли подготовить запасное шасси.
В Мельбурне команда оказалась в ситуации, крайне неприятной для обоих гонщиков, но ответственность за неё лежит на Алексе Элбоне. Не сомневаюсь, в Williams заранее предупредили своих пилотов, как собираются действовать в таких обстоятельствах, хотя так готовиться к гонкам в современной Формуле 1 нельзя. И, конечно, зря Элбон разбил машину в самом начале уик-энда по ходу тренировки, которая ничего не решала.
За пределы трассы во время первой сессии свободных заездов выезжали многие, но только Элбону не удалось избежать столкновения с барьерами. Это произошло в результате обычной ошибки, допустить которую можно запросто. Алекс преодолевал 6-й поворот, атаковал на комплекте мягкой резины, но не учёл, что трасса там неровная, и когда на выходе из поворота машина оказалась на поребрике, она неожиданно дестабилизировалась.
Элбон – лучший гонщик Williams, в прошлом году именно благодаря его усилиям команда смогла подняться на 7-е место Кубка конструкторов, но из-за его аварии в Мельбурне она оказалась в крайне затруднительном положении. Если бы Алекс выступал за любую другую команду, то в подобной ситуации он уже ко второй тренировке получил бы запасную машину и смог вернуться на трассу с минимальными потерями.
В Williams вынуждены были принять непростое решение – по словам Джеймса Ваулза, это было самое тяжёлое решение, которое ему когда-либо пришлось принимать. Не сомневаюсь, что так и было, однако считаю, что в команде действовали неправильно, когда отдали Элбону машину Логана Сарджента.
Ваулз мыслит стратегически, и его логика понятна, однако ущерб, нанесённый Сардженту и людям, которые с ним работают на второй половине гаража Williams, был больше, чем теоретически возможные плюсы.
Для начала зададимся вопросом: Элбон действительно был лучшим из двух гонщиков команды в минувший уик-энд? По логике вещей, это так, учитывая, в какой форме по сравнению с Сарджентом он был в прошлом году. Однако в пятницу Алекс пропустил значительную часть тренировок, и Логан проехал на 34 круга больше. Кроме того, Алекс, в отличие от напарника, не успел провести имитацию квалификации.
Если Ваулз всё равно считает, что Элбон даже несмотря на это сильнее Сарджента, тогда напрашивается другой вопрос: если в команде не доверяют Логану, то почему тогда они продлили с ним контракт ещё на сезон?
Пожалуй, было бы лучше, если бы Сарджент продолжил пилотировать свою машину в надежде заработать очки, ведь это стало бы публичным подтверждением, что в команде ему доверяют, и тогда не было бы всех этих вопросов, и самолюбие американца не было бы уязвлено. Должно быть, Логану было очень непросто всё это проглотить – в конце концов, это ведь не он разбил машину в пятницу.
Как выяснилось, Элбон тоже не смог ничего заработать, хотя машины трёх топ-команд не добрались до финиша, Фернандо Алонсо получил 20-секундный штраф, а Валттери Боттас потерял в боксах ещё больше времени. Если бы Алексу в воскресенье удалось добраться до призовой десятки, то решение отдать ему машину напарника, вероятно, можно было бы считать оправданным, но с моей точки зрения, оно свидетельствует о близорукости команды, в которой не учитывают человеческий фактор.
Звучали многочисленные доводы, что заработать хотя бы одно очко – критически важно для команды, однако в прошлом году один или два призовых балла не были решающими при распределении мест в Кубке конструкторов.
Для Элбона австралийский уик-энд тоже прошёл по ненормальному сценарию. Он должен был осознать весь груз своей ответственности за последствия аварии и понимать все минусы решения команды, ведь в современной Формуле 1 подобных прецедентов, когда одному гонщику отдают машину другого, ещё не было.
Алекс тоже оказался в условиях дополнительного прессинга, поскольку не мог допустить новой аварии, и соперники Williams это понимали. Кевин Магнуссен совершал рискованные обгоны, и это вполне в стиле датского гонщика Haas, но он так действовал в том числе и потому, что понимал: Элбон будет осторожничать.
Сезон долгий, и у Williams и Логана Сарджента ещё будет достаточно времени, чтобы отыграться, однако ему наверняка было тяжело видеть, как его машину разбирают, чтобы подготовить её для напарника. Даже если публично он произносил великодушные речи.
Теперь необходимость доказывать, что он чего-то стоит, будет ощущаться ещё острее. Причём доказывать это предстоит не только болельщикам и гоночной прессе, но и собственной команде.