Разбитые на «наковальне». Четверть века назад Запад напал на Югославию
Ровно 25 лет назад, 24 марта 1999 года, воздушную границу Союзной Республики Югославия нарушили шесть тяжёлых бомбардировщиков B-52 американских ВВС. Они шли в сопровождении истребителей, самолётов радиоразведки, заправщиков, поднявшихся с авиабазы в итальянском Авиано.
Силы вторжения действовали по приказу, который накануне ночью отдал генсек НАТО Хавьер Солана командующему силами альянса в Европе американскому генералу Уэсли Кларку.
Первые бомбы были сброшены около семи часов вечера на радарные установки югославской армии на черногорском побережье.
Бомбардировщики заходили в воздушное пространство Сербии со стороны всех сопредельных стран: Венгрии, принятой в НАТО буквально за неделю до агрессии, и тогда ещё формально не включённых в альянс Хорватии, Болгарии, Македонии.
После бомбёжек настал черёд ракетных ударов — «Томагавки» были выпущены с кораблей и подводных лодок 6-го флота США, находившихся в Адриатическом и Ионическом морях.
ПВО не смогла отразить «прилёт» по аэродрому близ Белграда и по заводам в городе Панчево.
Вечером 24 марта подтвердилось — после налёта погибли женщины и дети, члены семей югославских офицеров, жившие близ военных объектов.
Впервые со Второй мировой войны в Белграде и нескольких других городах было объявлено военное положение. В сербской столице впервые с похорон маршала Броз Тито звучала сирена — но сейчас это был сигнал воздушной тревоги, которая скоро станет привычным фоном.
Так началась агрессия США и тринадцати их союзников против суверенной Югославии, которая продолжалась 78 дней.
Война, развязанная Западом ради «защиты албанцев Косова от сербской агрессии», унесла жизни более 2,5 тысячи мирных жителей. Для сравнения: югославская армия потеряла около тысячи бойцов.
Американская сторона и международные правозащитные структуры наподобие Human Rights Watch занижают «гражданские» потери примерно наполовину.
Операция «Союзническая сила» — как официально называлось нападение (в США военная акция именовалась операцией Noble Anvil — «Благородная наковальня») — проходила без санкции Совбеза ООН. Это было грубым нарушением международного права, к которому и тогда, и после апеллировал коллективный Запад. Впрочем, с точки зрения Билла Клинтона и Хавьера Соланы, действия были вполне логичными.
Что предшествовало войне
К середине 1990-х, после завершения сербско-хорватской войны и конфликта в Боснии и Герцеговине («похоронивших» большую Югославию, от которой остался лишь союз Сербии и Черногории) новой горячей точкой стал автономный край Косово и Метохия.
Горная земля была историческим сердцем сербского государства, его религиозным и культурным центром. Но со второй половины XX века албанцы-косовары, жившие здесь со Средних веков, стали здесь преобладающим этносом. Причин было две.
Во время Второй мировой десятки тысяч сербов покинули край, их заместили переселенцы из Албании, при этом режим Тито не позволил уехавшим сербам вернуться на родину.
Вторая причина — у косоваров намного более высокий, чем у сербов, уровень рождаемости. К 1960-м государствообразующий народ находился в явном меньшинстве (две пятых населения края), а к 1991-му албанцев в Косове и Метохии было уже более 80%.
Попытки местного албанского «партхозактива» расширить свои полномочия наталкивались на «нет» в Белграде. Одновременно росли радикально-националистические настроения: ещё в 1981-м для того, чтобы подавить выступление сепаратистов, в край вводили части Югославской народной армии.
После распада социалистической Югославии раскачка усилилась: с 1996-го в Косово начались систематические нападения на сербских полицейских (поводом стало убийство сербом албанского юноши).
Уже тогда Комиссия ООН по правам человека обвинила Белград в «этнических чистках и геноциде» албанцев — правда, после осмотра на месте заявления были дезавуированы. Власти во главе с президентом Слободаном Милошевичем пытались сдержать сепаратистское движение, что приводило к эксцессам — в 1997-м, во время разгона митинга в Приштине 15 албанцев было ранено.
В 1998-м «Армия освобождения Косова» (UÇK) начала боевые действия против центральных властей. Деньги на «освобождение» добывались от наркотрафика и торговли человеческими органами (что позже подтвердили американский «Совет по международным отношениям» и экс-прокурор Гаагского трибунала Карла дель Понте).
Почему НАТО решило атаковать
Политическую поддержку «Армии освобождения Косова» оказывали США и страны ЕС, заинтересованные в ослаблении и устранении «режима Милошевича» — последнего неподконтрольного Западу правительства в Восточной Европе.
В ответ на начало UÇK партизанской войны в Косово и Метохию были введены армия Союзной Республики Югославия и полицейские части. В ответ Запад вновь обвинил сербов в этнических чистках.
В апреле 1999-го, уже после начала вторжения, на тот момент глава МИД ФРГ Йошка Фишер, основываясь на непроверенных (и впоследствии не подтвердившихся) данных, объявил: югославские полиция и армия с лета 1998-го ведут некую операцию «Подкова», во время которой сотни тысяч албанцев якобы вынуждены покинуть дома.
На деле, параллельно с военно-полицейской операцией Милошевич до последнего пытался договориться и с Западом, и с лидерами косоваров. В феврале 1999 года при посредничестве западных держав шли переговоры во французском Рамбуйе. Но Белграду был поставлен ультиматум: вывести из Косово и Метохии сербские вооруженные силы и полицию и согласиться на размещение в крае войск НАТО.
Югославия отвергла «предложение», но США и союзники добились своего — но уже при помощи военной агрессии против неизмеримо более слабого противника.
Кто участвовал в войне
Югославия оказалась в одиночестве перед коллективным Западом. В атаке, несомненно, доминировали США. На долю американцев приходилось 60% боевых вылетов, 55% боевых самолетов, свыше 95% крылатых ракет, 80% сброшенных бомб, все стратегические бомбардировщики, 60% разведывательных самолётов и БЛА, 24 разведывательных спутника из 256.
Но в агрессии приняли участие Бельгия, Великобритания, Дания, Испания, Италия, Канада, Нидерланды, Норвегия, Португалия, Турция, Франция, ФРГ.
Как уже говорилось выше, формально внеблоковые Албания, Болгария, Венгрия, Македония, Румыния с самого начала войны в инициативном порядке предоставили воздушное пространство и территорию в распоряжение объединённых сил альянса.
Из европейских стран только две заняли относительно жёсткую позицию: Австрия отказалась предоставить своё воздушное пространство, а Швейцария ввела ограничительные санкции на поставку вооружений странам НАТО.
Что обрушилось на Югославию
В общей сложности с марта по июнь натовцы нанесли 2300 авиаударов. По Сербии и Черногории было запущено без малого 420 000 ракет, в том числе 3 тысячи крылатых ракет.
Некоторые атаки нельзя было объяснить ни стратегической, ни тактической необходимостью — по факту, это были военные преступления.
Так, 12 апреля 1999 года американский F-15 нанёс удар по мосту в Грделице в тот момент, когда там проходил пассажирский поезд. Двадцать человек погибло. Агрессоры ограничились извинениями генерала Уэсли Кларка
Никаких военных целей не было и в центре города Ниш, где кассетные бомбы, выпущенные самолётом голландских ВВС, убили 15 сербов. Тогда извинения уже принёс генсек НАТО Солана, пояснив, что пилот ошибся, промахнувшись мимо аэропорта Ниша.
Но ни о какой ответственности военного руководства и непосредственных исполнителей речи, понятно, не шло.
Помимо кассетных боеприпасов, Североатлантический альянс использовал против сербов и черногорцев другие запрещённые во многих странах средства ведения войны.
В частности, боеприпасы с обеднённым ураном. За время войны против Югославии и предшествовавших ей натовских бомбардировок Республики Сербской в Боснии (операция «Обдуманная сила», август–сентябрь 1995) американцы выпустили более 40 тысяч таких «грязных» снарядов и бомб.
После бомбардировок Сербии боеприпасами с обеднённым ураном в стране заболели раком около 30 тысяч человек, из которых 10–18 тыс. умерли.
Чего добился Запад. Последствия войны
Массированные ракетные и авиаудары продолжались до начала июня 1999 года. Официально «Союзническая сила» завершилась 10 июня после подписания в Куманово (Македония) соглашения между Югославией и НАТО. По нему с территории Косова начался вывод югославских войск.
Их заместили ооновские Международные силы безопасности (KFOR). Формально это глобальная миротворческая миссия — 37,2 тыс. военных, введённых в Косово, представляли 36 стран мира, в том числе Россию. В количественном отношении в KFOR преобладают страны НАТО.
Тогда же, в 1999-м армия США начала возведение базы «Кэмп-Бондстил» близ косовского города Урошевац. Формально — для своего контингента в составе KFOR, фактически — для усиления военного и политического присутствия в Европе. Сейчас «Кэмп-Бондстил» — вторая по величине американская база на континенте после немецкого «Рамштайна».
Пока в Косово входили западные миротворцы, шёл обратный процесс — из региона бежали более 160 тыс. сербов и 24 тыс. цыган. Многие из оставшихся там жителей неалбанской национальности стали жертвами нападений, избиений, похищений и убийств.
США и союзники решили и политическую задачу — поражение в заведомо неравной борьбе подкосило «режим Слободана Милошевича» и вскоре окончательно добило Югославию.
В 2000-м первая из либеральных революций нового типа, «бульдозерная», лишила президента Милошевича власти. Еще через год новый, более сговорчивый глава государства Воислав Коштуница и откровенно прозападный премьер Зоран Джинджич дали добро на арест Милошевича и выдачу его Гаагскому трибуналу.
В 2006 году свергнутый президент умер в заключении, так и не дождавшись вынесения приговора «за преступления против человечности».
Президент и фактический хозяин Черногории Мило Джуканович (который во время войны пытался сепаратно договориться с Биллом Клинтоном и французским президентом Жаком Шираком) взял форсированный курс на разрыв с Сербией. Уже в 2000-м Джуканович ввёл немецкую марку вместо сербского динара.
Через три года с карты окончательно исчезло название «Югославия» (которую заменила слабая конфедерация Сербии и Черногории), а в 2006-м «развод» был оформлен окончательно.
Очевидно, что Сербия в её нынешнем виде, при том, что действующий президент Александр Вучич стремится вести многовекторную политику, не представляет сколь-нибудь значимой геополитической величины.
18 февраля 2008 года Косово, где власть взяло командование «Армии освобождения», в одностороннем порядке объявило о «независимости», которую в тот же день признали Франция, Великобритания и США, вслед за ними поспешили другие, в первую очередь страны Прибалтики.
Сейчас Республику Косово признают уже 104 страны мира — большинство, ориентирующееся на Запад. Против, помимо Сербии, 60 стран, в том числе Россия, Китай, Индия, Израиль.
Как агрессия НАТО против Югославии повлияла на Россию
24 марта 1999 года, в день начала агрессии, тогдашний глава МИД России Евгений Примаков летел в Вашингтон с официальным визитом. Когда борт министра подлетал к канадскому острову Ньюфаундленд, Примаков разговаривал с вице-президентом США Альбертом Гором — и узнал о том, что НАТО приняло решение атаковать Югославию.
Евгений Максимович решил отменить визит, дал команду развернуть самолёт над океаном и вернуться в Москву — и оповестил об этом президента Бориса Ельцина. 15 лет спустя Примаков в одном из интервью говорил, что «если бы не сделал этого дела, поступил бы архинеправильно».
«Разворот над Атлантикой», также названный «петлёй Примакова» стал первым сигналом к тому, что Россия более не стремится встроиться в глобальную (читай — западную) политику и возвращается к самостоятельной линии поведения.
Надо сказать, что Ельцин, выступивший 24 марта с телеобращением, отнюдь не поддержал «друга Билла» и «друга Жака» — первый президент назвал действия НАТО ударом по всему международному сообществу, призвал не допустить гибели невинных людей и немедленно начать переговоры с Милошевичем.
Уже вечером того же дня у посольства США на Новинском бульваре стали собираться граждане. К 26 марта в акции против агрессии участвовало не менее 7 тысяч человек. Позже это назовут «первым проявлением антиамериканского консенсуса».
В экспертной среде существует мнение, что именно такая реакция российского общества побудила высшую власть лояльно отнестись к «броску на Приштину». Речь, напомним, о разработанной в тайне операции российских военных. 12 июня 1999 года они заняли единственный в Косове аэропорт «Слатина» до подхода колонн НАТО. Первыми на аэродроме близ Приштины укрепились спецназовцы во главе с Юнус-Беком Евкуровым, чуть позже из Боснии подошли миротворцы под началом генерал-лейтенанта Виктора Заварзина.
Трёхдневное противостояние с натовцами во главе с британским генералом Майком Джексоном завершилось исторической фразой этого военного, брошенной своему начальнику, американцу Уэсли Кларку. Когда командующий НАТО в Европе приказал блокировать русских, Джексон ответил: «Я не собираюсь из-за вас начинать третью мировую войну».
Дальнейшие переговоры завершились компромиссом. Но сам по себе «бросок на Приштину» стал одним из зримых символов того, что Россия возвращается к суверенной политике. В отличие от «разворота над Атлантикой» (о котором западные СМИ предпочли умолчать), игнорировать инцидент в Слатине было невозможно.
В последующие годы и до сегодняшнего дня президент Владимир Путин и руководители российской дипломатии не раз возвращались к истории косовского конфликта. И как к примеру односторонних действий атлантистов, и как к ярчайшему симптому того, что Запад трактует принцип самоопределения народов по своему усмотрению.
Так, западные страны признали отделение Косова от Сербии (хотя на этой территории не проводился референдум), но не признали самоопределение Крыма и народных республик Донбасса. О том, что Международный суд ООН, признав действия Косова законными, создал прецедент, президент Путин напомнил в апреле 2022 года генсеку ООН Антониу Гутерришу.
Но если Россия пришла на помощь признанным ею республикам Донбасса, с 2014 года страдавшим от киевской агрессии, то в 1999 году США стали инициатором агрессии, разрушившей все остававшиеся сдержки и противовесы в Европе.