Переселение в ЕС: Ни одна страна не позволяла себе того, что творит Украина
Безвизовый статус и ассоциация с ЕС
По состоянию на начало марта 2018 года правом безвизового въезда в ЕС воспользовались 500 тыс. граждан Украины, сообщил президент Украины Пётр Порошенко. Это составляет примерно 1,2% от населения Украины. Такими темпами к моменту первой годовщины безвиза количество пользователей режима успеет вырасти не более чем до 1,6%,
Грузия, которой «безвиз» давали в паре с Украиной, ужесточает процедуру смены фамилии её гражданами. Участились случаи, когда лица, которым было отказано во въезде или которые были депортированы с временным запретом на въезд, меняли фамилию и снова оказывались в Европе. Ещё одна причина — повторная подача заявлений на получение статуса беженца после смены фамилии. Следовательно, стоит ожидать введения подобной меры и на Украине: депортируют украинцев не слишком часто, зато получить статус беженца в ЕС граждане Украины пытаются так же часто, как и граждане Грузии.
Любопытно, что в последнее время довольно охотно такой статус украинцам стала давать Польша. Скажем, если в 2016 году только 64 украинца смогли получить его в Польше, в 2017-м — 56 человек, то за три недели января 2018-го — уже 23. Объясняется эта внезапная «оттепель» просто. Как известно, польское правительство отказывается следовать в русле общеевропейской миграционной политики ЕС и размещать на своей территории беженцев из Сирии. ЕС долгое время грозил санкциями, и с 1 марта они всё-таки начали действовать. Предоставляя статус беженцев украинцам, Варшава стремится продемонстрировать, что Польша тоже страдает от миграционных потоков, пусть и не от тех же, что остальная Европа.
«В результате нашей политики более миллиона граждан Украины — страны, которая страдает от российской агрессии и сложной экономической ситуации, живет в Польше. Мы приняли их, чтобы им помочь. Западные члены ЕС не хотят этого замечать, даже не хотят признавать того, что наша позиция предотвратила большую миграционную волну с восточного направления в то время, когда ЕС в значительной степени страдал от негативных последствий миграционной кризиса», — заявлял в январе изданию Rzeczpospolita министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский.
Иными словами, всех украинских трудовых мигрантов Ващиковский попытался выдать за мигрантов обычных. В Брюсселе, разумеется, в эту наивную байку никто не поверил.
С тех пор у польского МИДа сменился глава, но общая позиция пока остаётся прежней.
В киевском правительственном офисе координации европейской и евроатлантической интеграции подвели итоги процесса выполнения положений Соглашения об ассоциации Украины с ЕС и настаивают, что в 2017 году он ускорился.
«В 2016 году прогресс выполнения соглашения об ассоциации за соответствующий год составил лишь 34%. Следовательно, с целью соблюдения правовой логики и надлежащей последовательности действий в 2017 году Украина потратила значительный объем времени и усилий на реализацию тех мероприятий, которые не были завершены в 2016 году», — цитирует представителей офиса издание «Европейская правда».
В итоге Украина в 2017 году выполнила 29% обязательств 2016 года и ещё 41% — 2017-го.
Чисто математически прогресс, конечно, есть. Однако политолог Руслан Бортник указывает, что только к математике такие документы не сводятся.
«В нынешней ситуации, без внесения изменений в соглашение об ассоциации с ЕС, мы ее вообще не завершим. То есть выполнение ассоциации в том виде, в котором она закреплена, без необходимых изменений, просто невозможно… Не выполнены ключевые пункты. В частности, о демократии, свободе слова, верховенстве права, экономической прозрачности. То, что выполнено, является или имитацией или привело к сдаче национальных интересов. Перед новой властью в 2019 году будет стоять вопрос о пересмотре пунктов об Ассоциации и переписывании ее в духе соответствия национальным интересам нашей страны», — заявил он в ходе пресс-конференции.
Экономика и экспорт
Как отмечалось в предыдущем обзоре, Украина ещё наживёт себе кучу проблем с законопроектом, известным как «Покупай украинское» (направлен на защиту национального производителя при госзакупках, принят в первом чтении). Скажем, генеральный директор Еврокомиссии Кристиан Даниэльсон дал понять, что он, мягко говоря, в шоке от инициативы украинских законодателей.
«Я напомню, что у нас с Украиной, в соответствии с Соглашением об ассоциации, либерализована торговля. И если одна из сторон нарушает условия торгового соглашения, то нам придется говорить о последствиях, которые это будет иметь. А эти последствия будут…
Я вам даже больше скажу. По моему опыту (и здесь уже речь идет об отношениях ЕС не только с Украиной, но и с другими государствами мира), у нас никогда, подчеркну, никогда не было ничего подобного! Ни один из партнеров, с которыми Евросоюз заключил соглашения о свободной торговле, не позволял себе продвигать законы, которые настолько грубо нарушают условия договора о свободной торговле!
Да, в моем опыте были случаи, когда элементы, детали законодательства входили в противоречие с торговыми обязательствами стран-партнеров. В каждом из этих случаев мы начинали дискуссию, и в эти нормы вносились изменения. Но подобного (как закон «Покупай украинское, плати украинцам», который принят ВР в первом чтении) я не видел ни разу в отношениях ЕС ни с одной другой страной мира», — предупредил еврочиновник в интервью интернет-проекту «Европейская правда».
Украина в 2017 году расширила свой экспорт в ЕС на 357 новых товарных позиций. Кроме того, 734 компании в прошлом году впервые вышли на рынок ЕС, сообщает торговый представитель Украины Наталия Микольская.
Согласно данным Госстата, отрицательное сальдо в торговле Украины с ЕС составило 3,3 млрд долл. (17,5 и 20,8 млрд долл. соответственно). Это на 400 млн долл. меньше, чем в 2016 году. Впрочем, следует отметить, что данные Госстата не учитывают объёмы приграничной торговли («В Польшу — водка и сигареты, обратно — мясопродукты, сыр, бакалея»). Украина такой статистики не ведёт. Согласно же информации польской стороны, ежегодно на Украину таким образом ввозится товаров ещё на 1−1,2 млрд долл.
Товарная структура экспорта в ЕС в прошлом году выглядела так: продукция АПК (32,2%), металлы и изделия из них (суммарно 41,6%), механические и электрические машины (14,2%). В последнем случае речь не собственно о машинах, а о комплектующих, проходящих по тому же коду ВЭД. Наиболее активно Украина торговала в ЕС с Польшей (15,5%), Италией (14,1%), Германией (10%), Нидерландами (9,6%). Кстати, на продукцию АПК приходится 34,8% от роста экспорта в 2017 году (1,47 из 4,24 млрд долл.).
«…Уже сейчас можно прогнозировать, что как минимум украинская аграрная продукция будет расти в экспортных объемах. Поскольку аграрный сектор в Украине чуть ли не единственный, который сейчас на подъеме и где есть достаточно высокие темпы роста», — заявил глава Комитета экономистов Украины Андрей Новак в комментарии для «Голос.ua».
С другой стороны, ни одна из стран ЕС пока не может соперничать с азиатским направлением: Индия покупает украинской аграрной продукции на 2 млрд долл., Китай — на 1 млрд.
Есть отдельная статистика по экспорту услуг в ЕС. В 2017 году он достиг 3,33 млрд долл. В отличие от товарного экспорта, тут сальдо для Украины положительное — 826 млн долл. (+243 млн долл. в сравнении с 2016 годом). Географическая структура экспорта услуг резко отличается от товарной: Великобритания (17,2%), Германия (15,7%), Польша (8,3%), Кипр (8%), Нидерланды (4,9%). Украина предоставляет странам ЕС транспортные услуги (36,9%), услуги по переработке материальных ресурсов (24,7%), услуги в сфере телекоммуникации, компьютерные и информационные (19%), деловые услуги (12,7%).
Трудовая миграция
7% трудоспособного населения, считая с 2015 года — во столько оценивает потери рынка рабочей силы Украины от трудовой миграции Bloomberg в своём материале. Конечно, украинцы едут из-за огромного, по меркам Украины, разрыва в зарплатах, однако основным фактором миграции всё же нужно признать спрос.
«У иностранных компаний нет выхода. Сначала они искали работников с большим опытом и дипломами. Теперь они берут всех. И тратят месяц на обучение, если нужно», — говорится в комментарии рекрутинговой компании, который смогли получить сотрудники Bloomberg.
У трудовых мигрантов с Украины и из Грузии случился конфликт с представителями польской полиции. Поздней ночью группа из 13 человек шумно отдыхала в польском городе Згеж. В ответ на просьбу предъявить документы они сначала начали оскорблять полицейских, а затем стали кидать в них камни. Полицейские в ответ открыли огонь, прострелив ноги четырём из них, остальных задержали.
В Нацбанке Украины подтверждают: страна переживает пик трудовой миграции, и такая ситуация сохранится до конца десятилетия:
«В краткосрочной перспективе мы прогнозируем, что эмиграция продолжит расти… В последующие 2−3 года увеличение численности может быть значительным», — говорится в пресс-релизе НБУ.
Правда, тут же банкиры оговариваются, что через несколько лет ожидают улучшения жизни на Украине, что сократит поток трудовой миграции.
С тем, что количество украинцев, выезжающих на заработки в ЕС, может сократиться спустя 4−5 лет, мы можем согласиться. Однако причиной скорее будет их частичная натурализация — прежде всего в Польше.
Также в банке отметили изменения в социальном портрете мигрантов:
«…В возрастном разрезе около 35% — это эмигранты до 30 лет, и это стало тенденцией. Еще несколько лет назад численность молодых эмигрантов была значительно ниже».
Ещё одна особенность: 70% мигрантов — мужчины. Раньше гендерный состав был более паритетным, но сейчас многие украинки нашли себе более прибыльное занятие: суррогатное материнство. Так, за последние два года запросы на эту услугу на Украине «выросли, возможно, на 1000%», — сообщил сотрудник сиднейской благотворительной организации Families Through Surrogacy в комментарии BBC. Это, конечно, не сотни тысяч, как на заработках в Польше, но счёт уверенно идёт на сотни.
Типичная история выглядит примерно так:
«…Сын серьезно заболел, нужны были деньги на лечение, а взаймы никто не давал. Знакомая рассказала, что ее сестра родила двойню для итальянцев — и купила квартиру. Она дала мне контакты клиники, я прошла все тесты, и через два месяца приехали мои немцы. Сейчас вот думаю ещё раз так заработать, это лучше, чем за копейки пахать в Польше», — цитирует «Страна.ua» одну из суррогатных мам.
Цена вопроса — в среднем 15 тыс. долл. за ребёнка и 400−600 долл. на жизнь во время беременности.
Возвращать украинцев в родные пенаты хотят на среднюю зарплату в 10 тыс. грн. (на 1200 грн. больше, чем сегодня). Тогда люди будут возвращаться, считает премьер-министр Украины Владимир Гройсман. Эксперты, понятное дело, указывают на необходимость куда больших зарплат (600−700 долл.), чтобы хотя бы приостановить миграционные потоки. Первым условием для этого должен быть их рост, опережающий инфляцию, а также вложения в сферу образования (многие уезжают в т. ч. из-за детей).
«На сегодня я не вижу, что может предложить украинским трудовым мигрантам наша страна. Но даже если и предложит, далеко не факт, что они радостно вернутся домой. Уж очень большой экономический разрыв между Украиной и странами Восточной Европы сложился в последние годы», — говорит президент Всеукраинской ассоциации компаний международного трудоустройства Василий Воскобойник в комментарии для издания «Апостроф».
Однако пока высоких зарплат для трудовых мигрантов на Украине нет, её правительство ограничивается усилением соцзащиты мигрантов. В постановлении Кабмина «О внесении изменений в Лицензионные условия осуществления хозяйственной деятельности по посредничеству в трудоустройстве за границей» чиновники пытаются урегулировать деятельность посредников, через которых будущие мигранты находят работу в Польше. В частности, вводится необходимый минимум информации о вакансии со стороны работодателя: условия труда, продолжительность рабочего дня, условия оплаты и полная информация по отчислениям.
«Наиболее значимым новшеством является предусмотрение таких требований к условиям труда, как предоставление медицинской помощи, социальное страхование, возмещение вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве или временной нетрудоспособности и условий репатриации трудового мигранта», — говорится в постановлении.
Хотя и не совсем понятно, как правительство Украины собирается контролировать исполнение всего этого. Само оно этим заниматься не будет, посредники — тем более.
Тем временем новый барьер взят: министр по вопросам гуманитарной помощи и беженцев в Польше Беата Кемпа в интервью изданию Super Express заявила, что, по оценкам её ведомства, в Польше уже находится более 2 млн украинцев.
Гранты, программы и целевое финансирование
Летом прошлого года на Украине грянул небольшой скандальчик. В 2014 году Европа выделила Украине более 29 млн евро на модернизацию и обустройство пропускных пунктов на границе с ЕС. Когда пришло время отчитываться о проделанной работе, оказалось, что деньги банально украдены. В одних случаях якобы заказчик не выполнил работы и скрылся с деньгами, в других — работы выполнены частично (например, выкопан котлован), однако по явно завышенным в несколько раз расценкам.
ЕС оказался довольно терпеливой организацией и дал Украине полгода на то, чтобы самостоятельно выявить и разобраться с расхитителями. После того как Украина этого не сделала, последовал ответ: Европейский союз закрывает проект модернизации пограничных контрольно-пропускных пунктов с Украиной.
И вот тут-то ЕС поджидала неожиданность. Вице-премьер-министр по вопросам европейской и евроатлантической интеграции Украины Иванна Климпуш-Цинцадзе заявила, что Украина не станет возвращать эти средства. В ответ она предложила ЕС вычесть эти 8 млн евро из будущих программ. Нет, это не наглость. Наглость — она вот:
«Нам не удалось договориться о том, чтобы эти проекты были продолжены. Вместе с тем мы можем вести разговор с ЕС о начале новой программы приграничного сотрудничества из-за увеличения украинского экспорта в ЕС, из-за того, что транзит увеличивается», — приводит её слова интернет-проект «УРА-Информ».
Владимир Гройсман и вовсе умудрился свалить всё на предшественников, несмотря на то, что средства выделили уже после евромайдана:
«Это вопрос о проекте, который был с 2007 по 2013 год. Была потом попытка продолжить его в 2014—2015 годах силами ГФС. ГФС не справилась с реализацией этих проектов, уже было поздно. Новый руководитель Мирослав Продан пытался спасти ситуацию, но это тоже было поздно», — заявил он во время рабочей поездки в Сумы.
Вслед за вице-премьером он надеется на новую программу по обустройству границы.
Самое любопытное, что даже с учётом такого хамства и «кидалова» деньги всё равно выделяют. Так, 32,5 млн евро Украина получит на программы поддержки в сферах регионального развития и госуправления. Хотя теперь в Европе стали умнее и предлагают Украине вначале внедрить мониторинг проектов международной помощи.