Сможет ли Азербайджан отвоевать Нагорный Карабах за неделю?
С завершения апрельской войны 2016 года в Нагорном Карабахе прошло уже почти два года. С тех пор перемирие на линии соприкосновения между Армией обороны Нагорно-Карабахской Республики (АО НКР) и вооружёнными силами Азербайджана не раз нарушалось, однако в целом масштабы таких эпизодов были заметно меньше, чем за один-два года до четырехдневной войны 2016 года. Риторика также стала несколько сдержаннее — популярные пропагандистские тезисы о возможности «за неделю дойти до Еревана» практически не звучали. Однако 27 февраля 2018 года помощник президента Азербайджана Али Гасанов на съезде Европейского конгресса азербайджанцев заявил, что его страна обладает самой боеспособной и технически совершенной армией в регионе, что и было доказано в период апрельской войны. При этом, по мнению чиновника, если Баку никто не будет мешать, то Нагорных Карабах будет «освобождён» за неделю, максимум месяц. Какое отношение к реальности имеют слова Гасанова?
Эффект апрельской войны начинает улетучиваться?
Боевые действия, развернувшиеся с ночи 2 апреля и до 5 апреля, не привели к сколь-нибудь серьёзному изменению конфигурации линии соприкосновения. Более того, некоторые успехи азербайджанской стороны, обеспеченные удачными действиями спецподразделений в течение первой ночи, не были в полной мере закреплены регулярными армейскими подразделениями — часть высот, а также приграничное село Талыш (находится примерно в 2,5 км от границы) были быстро отвоёваны обратно, а большая часть отборных спецназовцев была уничтожена или подорвалась на минных полях во время отступления.
В итоге, по разным данным, Нагорно-Карабахская Республика (НКР) потеряла от 350 (данные анонимных источников в АО НКР) до 800 гектаров своей территории. При этом площадь НКР составляет около 11 500 квадратных километров. Соответственно, были потеряны от 0,03% до 0,07% территории. Даже если брать малодостоверные азербайджанские данные, соответственно которым НКР потеряла 2000 гектаров (20 квадратных километров), то тогда утрачено 0,17% территории. Для достижения такого «великолепного» военного успеха азербайджанской армии понадобилось больше половины отведённого Али Гасановым времени на захват всей НКР. Даже если брать как исходную точку срок в один месяц, то за четыре дня (когда азербайджанским войскам никто извне не мешал) нападающая сторона должна была всё равно достичь немалых успехов. При этом нельзя забывать и того факта, что за исключением успешного первого дня войны всё остальное время азербайджанская армия медленно сдавала захваченные территории, а перемирие остановило де-факто именно армянскую сторону.
Судя по всему, двух лет оказалось достаточно, чтобы азербайджанское руководство сделало вид, что забыло результаты провалившейся попытки взять реванш. Абсурдность заявления помощника президента ещё больше подчеркивает заметное усиление вооружённых сил Армении и АО НКР за прошедшее с окончания войны время — в распоряжение Еревана и Степанакерта поступили российские тяжёлые реактивные системы залпового огня (РСЗО) «Смерч», оперативно-тактические ракетные комплексы (ОТРК) «Искандер-Э», системы радиоэлектронной борьбы «Инфауна» и Р-325У, противотанковые ракетные комплексы «Корнет-Э» и многое другое. Это оружие было приобретено в том числе и в рамках льготного российского военного кредита на сумму $200 млн.
Более того, скоро будут подписываться контракты по новому российскому кредиту — на $100 млн. Учитывая возможности Армении закупать оружие у России практически по внутренним ценам, эта, на первый взгляд, небольшая сумма позволит сделать достаточно многое для усиления армии.
На этом фоне сократившийся с $4 млрд (2015 год) до $1,6 млрд (2018 год) военный бюджет Азербайджана уже выглядит не столь угрожающим, особенно учитывая тот факт, что в нём, в отличие от армянского ($518 млн в 2018 году), учитываются затраты на все силовые структуры государства. Да и обслуживание закупленной в прошлые годы в Израиле и России техники требует немалых затрат. Примечательно, что в своей недавней речи Али Гасанов позволил себе откровенную ложь: с его слов, «Азербайджан ежегодно тратит на обеспечение своей безопасности $3−4 млрд», тогда как это уже не первый год не так (бюджет обвалился после падения цен на нефть и девальвации национальной валюты).
Причиной такого «шапкозакидательского» выступления могут быть приближающиеся выборы президента в Азербайджане. В целом такое заявление может решать именно внутриполитические задачи, потому что у специалистов такие разговоры могут вызвать либо смех, либо недоумение.