Каких только музеев ни встретишь в России - от музея мыши до музея валенка, от музея счастья до музея суеверий. А под Тюменью уже около двух лет силами всего лишь двух человек создается дом-музей русских пород лошадей. Первые экскурсии он начал принимать только этой зимой, когда обустроился и возмужал. Горожане возбуждены: смотрите-ка, живые животные (как будто раньше лишь на картинках видели!). И тут бы подивиться, но не будем: пусть знакомятся, восхищаются, приходят к единению с природой и ее умнейшими представителями.
Я вот что спешу сказать: искреннего уважения достойны абсолютно все отечественные фонды, если они собираются для просвещения нашего брата. То, что делают Ксения Сафонова и Сергей Пахомов, - добрая миссия, взращенная на хобби. Свои намерения энтузиасты объясняют так: лошадь напоминает человеку, каким он был в незапамятные времена, и знает его в современном обличье, поэтому она - свидетель и совесть народов. Стало быть, и рассказывать о ней надо постоянно, увлеченно, жадно. Заглянем внутрь, узнаем, с чего началось необычное дело семейной пары.
История Ксении - про то, что мечты сбываются, если сильно захочется. Когда ей было девять лет, бабушка-агроном выполнила обещание - отвела на конюшню, которой владел друг. Начинала девчонка с разбега - недолго в любителях, затем на спецобучении. Уроки брала у самого Николая Шилохвостова, родоначальника конноспортивного движения в Тюмени, казачьего полковника, чемпиона. Бабушка же подарила Ксюше первого друга - красавца-гиганта Фараона.
Пару лет назад семья переехала за город, обзавелась четырьмя животными. Молодежь поняла: с них, в принципе, можно начать коллекцию русских лошадок, так сказать, зафиксировать славу страны, давшей миру превосходные породные линии. Сейчас в царстве-государстве Сафоновой более 20 голов - взрослые, подростки, малыши. Для полного комплекта не хватает лишь донской, которой и в самой России теперь мало. Ближняя к нам территория разведения - Казахстан, куда тюменцы планируют поехать летом на переговоры, хочется им заполучить "золотой" экземпляр.
На подъезде к музею и по совместительству дому слышится дружное ржание, блеяние, кудахтанье и гоготанье. Хозяйство большое. Лошади - для души. Остальное мохнато-горлопанное братство - для пропитания. Без этого в сельской местности никак. Представляете, еще в 16 лет девушка по доброй воле и в здравом уме сбежала из города в деревню, чтобы, как предки, жить трудом и простыми радостями.
После короткого курса по технике безопасности спешим познакомиться с домочадцами. Информации - море: черпать, хлебать - и не напиться. На любой вопрос - развернутый ответ со множеством примеров из прошлого и настоящего. Лишь для некоторых гостей часть услышанного - знания из закромов памяти. Большинство действительно как в школе на открытом уроке зоологии - только указки и шпаргалок не хватает. Даже натуралисту соавтору Красной книги Тюменской области Павлу Ситникову, позвавшему на знакомство с лошадками, любопытно.
Лошадь напоминает человеку, каким он был в незапамятные времена, и знает его в современном обличье
Наверняка многими прочитанное, но все равно любопытное: есть породы аборигенные (в леваде у Ксении - башкирская, алтайская и забайкальская кучерявая), то есть данные человеку природой, остальные выведены. Оказывается, аборигены - жуткие грязнули. А уж мастей у них! Это мать-природа, что великая художница, постаралась.
Голубоглазый мерин с розоватой кожей изабелловой масти - башкирец Шаман. Благодаря крепким ногам башкирцы помогали бойцам в Великую Отечественную преодолевать болота, хорошо держали ношу на снежном насте. Алтайка Маруся - чубарой масти, то есть в крапинку. Достаточно раз показать дорогу, запомнит навсегда. Кучерявая Янжима саврасой масти. Эта порода выдерживает критические минусовые и плюсовые температуры. Красоток разводят в Чите.
Впору заблудиться в потоке слов, но неужто посрамим род человеческий перед лошадиным - постараемся запомнить, а лучше зазубрить! Джон - буденновец. Порода выводилась специально для Красной Армии на основе донской и английской. Хороши такие животные в конной полиции, успешно дрессируются в цирке, не боятся толпы, громких звуков, идеальны в выездке. Русские верховые считались офицерскими, выводились в Донбассе.
Первенец Ксении Фараон ежеминутно доказывает, что он действительно самый важный: не терпит тех, кто слабее характером, не любит прикосновений, притом вполне благодарно поглощает угощения и на отлично выполняет команды "сидеть", "лежать", "дай ножку", "встань в свечку".
С аппетитом похрустев дареной морковкой, Фараон не удержался, прихватил меня за капюшон, казалось, даже приподнял над полом конюшни. Было страшно весело.
- Да, противный, но гениальный боевой товарищ! - похвалила любимца хозяйка.
Именно его, теперь уже восьмилетнего, в самом расцвете сил коня, Ксения готовит к соревнованиям по выездке. С такими-то повседневными заботами упражнений впереди у них немало. Пусть все получится.
Не обидим невниманием карачаевца Салама (элитная порода трижды покоряла Эльбрус), владимирского тяжеловоза Тихого (порода тянет 27 тонн, преодолела кругосветное путешествие), битюга Чародейку (прекрасна в детском конном спорте, самая популярная сельская лошадь), русского рысака Мафию (отлична в беговом спорте) и суетливых жеребят, что скачут по леваде словно заводные игрушки.
Уже скоро семья доведет свой музей до совершенства. Чтобы сразить гостей наповал (тех, кто сопротивляется до последнего), устроят выставочный зал для постоянных и временных экспозиций, где будут уместны старинные фотоснимки, сани, дуги, седла. Оказывается, у каждой лошади свое седло, как у человека сапог. Но это уже совсем другая история. Одна из тысяч.
Лошади, как и люди, бывают левшами и правшами, а для того чтобы выспаться, им хватает 20 минут глубокого сна.