The Hill: В чем причина позорного поражения США на Ближнем Востоке?
Прискорбная позиция США на Ближнем Востоке — это серьезный вызов для президента США Дональда Трампа. В регионе присутствуют крупные американские воздушные и военно-морские базы. Они расположены в Катаре, Бахрейне, Кувейте и ОАЭ. Численность персонала достигает 55 тыс. человек, включая военных и гражданских лиц, а также растущий контингент в Афганистане, Сирии и Ираке. Несмотря на всю эту военную мощь, влияние в регионе переходит в руки России, пишет Джессика Мэттьюс в статье для американского издания The Hill.
Читайте также: National Interest: Какое будущее ждет Германию?
Президент России Владимир Путин спас режим сирийского президента Башара Асада от краха и наладил рабочие отношения со всеми крупными ближневосточными державами, включая Египет, Саудовскую Аравию, Израиль, Иран и Турцию, хотя некоторые из них выступают против действий Москвы в Сирии. Москва наладила успешное сотрудничество с Эр-Риядом, чтобы стабилизировать международные цены на нефть. Отношения между Россией и Израилем никогда не были настолько близкими, и это несмотря на то, что Россия способствовала значительному усилению позиций Ирана в Сирии.
Несмотря на то, что президент Турции Реджеп Эрдоган поддерживает враждебную правительственным силам сторону в сирийском конфликте и страна является членом НАТО, это не помешало Анкаре заключить с Москвой соглашение о покупке российской системы ПРО и строительстве российского ядерного реактора.
Президент Египта Фаттах ас-Сиси, Эрдоган и премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху не раз совершали паломничество в Москву. В настоящий момент Египет и Россия уже подписали проект соглашения, предоставляющего Москве доступ в воздушное пространство Египта. Есть вероятность, что соглашение предусматривает и доступ к военным базам. Москва также согласилась продать Египту точно такую же передовую систему ПРО, которую она продала Турции. Также Россия планирует построить первый ядерный реактор в Египте. Все это было достигнуто благодаря дипломатии.
России удалось заполучить более влиятельные позиции на Ближнем Востоке, чем те, которые имел СССР 40 лет назад. Нет никакого секрета в том, как Путину удалось всего этого добиться. Путин понимает, в чем заключается сила дипломатии. В то время как у США до сих пор нет послов в Египте, Иордании, Ливии, Катаре, Саудовской Аравии, Сирии, Турции и, конечно же, в Иране, где вообще нет американского посольства, Россия имеет своих дипломатических представителей во всех региональных державах.
Путину также помогла убежденность в том, что влияние США на Ближнем Востоке пребывает в упадке. Эта убежденность возникла еще при администрации бывшего президента США Барака Обамы и со временем только росла. Нынешнему президенту нужно уяснить, что никакое военное присутствие США в регионе никоим образом не влияет на эту убежденность.
Тем не менее бюджет, предложенный Трампом, предполагает сокращение всех невоенных дискреционных расходов, которые должны уменьшиться в течение десяти лет до 1,3% от ВВП — это самый низкий уровень со времен администрации 31-го президента США Герберта Гувера.
Финансирование деятельности государственного департамента и международной помощи будет сокращено. Сокращения также затронут образование, науку, здравоохранение, жилье,
Читайте также: The Hill: США должны объявить войну своему новому врагу
Ни одна великая нация никогда не опиралась на одну лишь военную силу. Ни одна страна, которая построила свое благосостояние на основе союзов, торговли и управления международным порядком, основанном на верховенстве закона, не может позволить себе отказаться от своих обязательств или забыть, что дипломатия является основным инструментом продвижения национальных интересов. Военная мощь — это запасной вариант, когда дипломатия терпит неудачу.
Трамп путает такие понятия, как военные расходы и военная мощь или военная мощь и национальное величие. Разница лишь в том, что он хочет совершить ошибку, масштабнее которой не было, по крайней мере, с 1945 года. Если Трамп продолжит двигаться по этому маршруту, то в конце этого пути США ждет слабость, а не могущество.