Солнце доброты над морем Лаптевых: фильм с нефальшивым хеппи-эндом
От якутского кино, как, впрочем, практически от любого национального, зритель невольно ждет того, что пошловато зовется «этникой» — каких-то неповторимых бытовых черточек, демонстрации народных обычаев и поверий, костюмов, чуть ли не песен и танцев. Хотя, если задуматься, то с какой, собственно, стати? Почему в современном кино, снятом русскими о русских, обычно не ходят в кокошниках, не прыгают через костер и даже крайне редко играют на гармошке, а жители национальных автономий огромной России обязаны рассказывать в своих фильмах не о проблемах, волнующих каждого человека, а демонстрировать свой народ как какой-то экспонат этнографического музея?
И все же, после недавней триумфальной «Царь-птицы» невольно ожидаешь чего-то в том же ключе — о древней, суровой, вросшей в холодную каменистую землю жизни с ее странной смесью занесенного извне христианства и тысячелетней веры в духов и шаманов. В фильме «Надо мною солнце не садится» режиссера Любови Борисовой, показанном на кинофестивале «Окно в Европу» в Выборге, это тоже есть, если приглядеться. Но когда обычный молодой парень советует главному герою Алтану не забывать кормить Огонь и Землю, чтобы защититься от привидений, это вызывает легкий шок. Потому что перед этим Алтан увлеченно делал селфи на фоне холодного моря и обсуждал с приятелем-видеоблогером (точнее, «вайнером», спецом по коротким приколам и мемам), какой бы сок для подписчиков канала выжать из внезапной скучной «ссылки» на далекую островную звероферму, куда отправил непутевого отпрыска отец.
Да, одним из полноправных героев фильма является интернет, вездесущий и почти всемогущий. Поначалу он кажется глупой забавой великовозрастных оболтусов или, на худой конец, способом дистанционного начальственного контроля над свежеиспеченным зоотехником. Но чем дальше, тем больше он превращается в средство сближения двух очень разных людей, живущих не за тысячи километров, а рядом, на одном острове, но разделенных возрастом и отношением к жизни до такой степени, что поначалу напуганный «страшилками» Алтан принимает своего соседа за какую-то нежить. Как ни странно, технически «продвинутый» юнец Алтан и умирающий старик Байбал, «в реале» сперва способные обсуждать лишь скорые похороны старика, обретают чистую радость общения только при помощи интернета. Такая уж нынче эпоха…
Когда-то давно у Байбала случилось огромное несчастье — лодка, в которой плыла вся семья, перевернулась в бурном море. Тело жены выбросило на берег, а трехлетнюю дочку Наденьку так и не нашли. Все эти годы Байбал лелеял мечту, что малышка не погибла, что ее спасли и вырастили какие-то люди, а значит, она может найтись. Он всегда считал эту мечту несбыточной и даже никому в ней не признавался. Только Алтан — из дикого ужаса перед перспективой хоронить старика — сумел вытащить из него это признание в попытке отвлечь от мыслей о смерти. И решил попробовать найти женщину с таким говорящим именем Надежда естественным для себя способом — через интернет. С этого-то и начинается рождение чуда — дружбы, которой, как и любви, покорны все возрасты.
Когда старший партнер по ютьюб-каналу, недовольный «скучным» обращением о поисках человека, удаляет ролик, Алтан решается создать свой — точнее, их с Байбалом — канал и сделать его необычным и интересным. Изначально все для того же — чтобы старик раздумал умирать или чтобы это хотя бы случилось не в его вахту. Но постепенно все утилитарное тает, словно льдинка под солнцем, и начинается чистая творческая игра. И уже становятся не столь важны подписки, лайки и раскрутка — старый и молодой наслаждаются самим общением и совместными авантюрами. Алтан счастлив исполнять маленькие желания старика, а Байбал исполняет одно из своих главных желаний — повозиться-подурачиться с внуком. Их общение предельно искреннее. И постепенно Алтана перестает пугать до судорог идея смертности. И уже обоим не кажется диким подарок — собственноручно сшитая красная похоронная подушечка для стариковой медали.
На фоне этой искренности чудовищным диссонансом выглядит появление «профессиональных» тележурналистов, попытавшихся погреть руки на раскрученной теме. Они, не задумываясь, прибегают к обману, топчась по чувствам сразу двух очень уязвимых людей ради лакомого «материальца», обвиняя при этом именно блогера в желании сорвать хайп. Ничего личного, просто бизнес. Но в том-то и дело, что для Алтана жизнь Байбала давно стала глубоко личным делом. Пытаясь развлечь и подбодрить старика, выслушивая его несложные, в общем-то, житейские премудрости, он незаметно меняется. Исчезают «модные» усики, лицо становится совсем юным и открытым. Человек, живший только для себя и «по приколу», научается чувствовать ценность ближних и дарить им тепло. И песня, которую он исполняет для отца, чтобы залатать дыру в их отношениях, не кажется искусственно вставленным «номером» — ее рождение закономерно.
Формально в фильме нет хеппи-энда — старик все же умирает, и Алтан хоронит его рядом с женой, как и обещал. Женщина, внезапно приплывшая на остров в самом финале, может быть той самой нашедшейся Надеждой, а может и не быть. В любом случае она опоздала. Но радость, с которой кидается к ней Алтан, говорит о многом. Мечта Байбала стала его мечтой, а значит, старик не ушел бесследно. Прожив всю жизнь бездетным, он все же сумел продолжиться в формально чужом человеке, изменив его к лучшему. И это, пожалуй, и есть настоящий, а не сусальный хеппи-энд.