Конуэй решила, что тут сыграло роль не только понимание того, что Нью-Йорк сделался для него враждебным, но и его сознательное желание «стать частью этого великого дома».
Конуэй монда Нҗю-Йоркның аның өчен дошман булып әверелүен аңлау белән генә чикләнмәде, ә аның аңлы теләген дә "бөек йортның бер өлеше булу" дип аңлау да роль уйнаган, дигән карарга килде.