Но мы были сама невинность, а потому меня поразило, когда мать, нарушив невыносимую скуку домашнего ужина, вдруг спросила:
Ләкин без бер гаепсез кеше идек, шуңа күрә, өйдән түзеп булмаслык эч пошканнан соң, таң калып: