Причем трагическая ирония вашего прочтения Стивенсона заключается в том, что вообще-то, в виде мадам Хайд героиня становится лучше — она превращается не столько в демонического двойника, сколько в лучшую версию самой себя.
Өстәвенә, Стивенсонны укуыгызның трагик ирониясе гомумән мадам Хайд рәвешендә героиняның яхшырак булуыннан гыйбарәт - ул куркыныч кабатлаучы кешегә әйләнми, ул үзенең яхшырак халәтнеә әверелә.