Летов сам говорил, что это максимальное нарушение канонов записи звука, революция, в том числе и для него самого.
Летов үзе бу тавыш яздыру каннунарын максималь бозу, инкыйлаб, шул исәптән аның үзе өчен дә дия торган булган.