К этому времени Эйзенштейн уже серьезно изменил свой «метод», что было вполне логично, ведь «Невский» — это кино со звуком.
Бу вакытка Эйзенштейн үзенең "алымын" җитди үзгәртә, бу логикалы адым, әлбәттә, "Невский" бит тавышлы кино.