Он пытался меня убедить, что Станислав Георгиевич поменялся, стал по-другому относиться к игрокам, придерживается только хорошего мнения обо мне.
Ул мине Станислав Георгиевичның үзгәрүе, уенчыларга башкача карый башлавы турында ышандырырга теләде, минем хакта яхшы фикердә генә булуы хакында әйтте.