В окончательный приговор, впрочем, deformes habitus («непотребное одеяние»), как определяли его обвинители, всё же не попало.
Хәер, гаепләүчеләре аны ничек сайласалар, бу соңгы хөкемне, хәер, deformes habitus ("кулланылмый торган киенү"), шулай да аны эләкмәгән кебек.