К грустным, печальным звукам прибавляются радостные; но эта грусть не была похожа на русскую, и радость тоже не походила на русскую радость.
Моңлы, кайгылы авазларга шатлыклы тавышлар ялганып китәләр; ләкин бу моңлану рус моңлануы түгел, шатлыгы да рус шатлыгына охшамый иде.