Это было невероятно сложно, ведь зритель не должен был, увидев его на экране, сказать «Это всего лишь костюм»; он должен был поверить в героя.
Бу акылга сыймаслык дәрәҗәдә катлаулы булды, чөнки тамашачы аны экранда күреп, "Бу бары тик костюм гына" дип әйтергә тиеш түгел иде; ул геройга ышанырга тиеш иде.