Вся эта геополитическая подоплека в рождественское утро меня интересовала гораздо меньше, чем вопрос — как монах может брать в руки оружие и идти убивать?
Бөтен бу геосәяси сәбәпләр мине Раштуа таңында башка бер сорауга караганда азрак кызыксындырды - ни рәвешле монах кулына корал ала һәм үтерергә бара ала?