Лекция Стива Возняка в МГУ: краткий конспект
*В Московском государственном университете на фестивале NAUKA 0+ с лекцией выступил Стив Возняк. Представлять его, пожалуй, не надо, но если вы никогда о нём не слышали, прочтите хотя бы заметку в «Википедии» или краткую биографию. Здесь же будет изложен краткий конспект его лекции. [В квадратных скобках даны краткие пояснения, комментарии и подсказки.]*
Мы живём в удивительное время, вокруг нас есть множество фантастических технологий: интернет вещей, машинное обучение (или ИИ), квантовые компьютеры. Всё это меняет наше общество, экономику, взаимоотношения между людьми. Но что будет дальше, где следующий прорыв? По мнению Стива, это всё, конечно, прекрасно, но есть ещё пара категорий, о которых не все вспоминают. В первую очередь это персональные голосовые ассистенты: Echo, Siri, Cortana, Bixby. «Я могу задать вопрос Amazon Echo, попросить поставить песню. Это так просто – не надо нажимать никакие кнопки или подносить [умные] часы ко рту. Так прекрасно, что Echo понимает человеческую речь, ведь именно так люди общаются между собой, — говорит Стив. — Я хочу общаться не с компьютером, а с другими людьми, и машина должна понимать меня».
При этом сам Возняк признаётся, что он всё-таки больше инженер, которому просто интересно заниматься математикой, электроникой, программированием: «В Apple я предпочитал лабораторию, это было моё искусство. Лишь позже я стал ценить такие вещи, как пользовательский интерфейс — все эти штучки на экране, которые важны для людей». Джобс занялся этим, он не углублялся в технические детали, но он смотрел и на то, как люди взаимодействуют с ПК. «Не называйте экран экраном, назовите рабочим столом – любой человек знаком с таким понятием. Сделайте иконку в виде кисточки — и все поймут, что это программа для рисования. До этого я всю жизнь думал иначе – коды, схемы, структуры. Но это неправильный путь».
«Когда мы создавали Apple, мы были молоды, у нас не было денег, не было счетов в банке и богатых родственников, не было опыта ведения бизнеса. Мы были детьми, но у нас были мозги. Когда я делал первые ПК, даже не было мыслей о заработке. Я делал инструмент для того, чтобы можно было легче общаться, легче обучаться. Быть более продуктивным и креативным, используя этот инструмент. Когда начали разрабатывать Apple II — именно этот момент можно считать началом создания настоящего бизнеса и корпорации, помимо Джобса и меня появился ещё инвестор и глава маркетинга — Майк Марккула (Mike Markkula). Майк для нас был взрослым [Майк 1942 года рождения и на тот момент ему не было и сорока]. Он рассказал нам о важности маркетинга, что он порой важнее технической части. Сам человек важнее любой технологии».
Про Apple II Стив говорит отчасти с восторгом, отчасти с гордостью: «Apple II был прорывным — он имел цветной дисплей. Девятилетний ребёнок мог написать программу, которая бы управляла перемещением цветов на экране. Раньше инженерам для создания, к примеру, прототипа игры приходилось возиться с проводами и микросхемами, а теперь ребёнок мог управиться с этим за день». Справедливости ради стоит отметить, что Стив имеет полное право для гордости. Apple II считается революционным для того времени устройством. Именно эта машина стала первым действительно персональным компьютером, который был простым в освоении, хорошо оснащённым технически и в то же время красивым.
Однако настоящим откровением, если можно так выразиться, для Возняка стало знакомство с Apple Newton MessagePad — это устройство 1993 года выпуска можно назвать прародителем КПК, планшетов и смартфонов. Отличительной его чертой было умение распознавать рукописный ввод, и именно это в своё время привело в восторг Возняка: «В первый раз я им воспользовался в аэропорту Сан-Франциско, после звонка мне надо было сделать себе напоминание. Я написал на экране: «Сара [дочь Стива], стоматолог, вторник, 2 часа дня». И он понял меня! В календаре был выбран вторник, указано время и отмечен контакт дочери. Это изменило мою жизнь навсегда! <…> А сейчас у нас есть голосовые помощники. Я просто говорю [с ними], и это так естественно. Я веду себя как обычный человек, а вся технология скрыта от меня».
По мнению Стива, идеальный персональный помощник должен делать вчера то, что нужно сегодня. Возможно, ИИ — ключ к созданию таких систем. Но пока что ИИ очень примитивен. Он учится на примерах из жизни, которые даёт ему человек. Он даже обыгрывает людей в го или шахматы, но это всего лишь демонстрация вычислительной мощности. Это всего лишь что-то похожее на интеллект. Во времена молодости, по словам Возняка, даже было понятие simulated intelligence — не искусственный интеллект (artificial intelligence), а именно симуляция интеллекта. «Всю мою жизнь, с самых ранних лет — с тех пор, когда я написал первую программу, компьютеры могли исполнять миллионы операций в секунду, но по факту они решали очень простые задачи. Человек же, просто взглянув на очередную проблему, может понять, как её решать».
Но компьютеры не могут заменить человеческий мозг, ведь мы сами до сих пор не знаем в точности, как он работает. Возможно, когда-то машины будут столь быстры, что мы сможем понять и воссоздать структуру мозга. Тогда, наверное, компьютеры смогут осознать себя, научатся чувствовать. Не исключено, что даже любить. Но опять же, что такое любовь? Какие-то механизмы и связи в мозгу? Но даже в этом случае им будет не хватать человеческого, личного опыта. «Пока у нас есть только один способ создать человеческий мозг — и на это уходит 9 месяцев».
Стив говорит, что и сам принимал участие в разработке блокчейна. Например, ему нравится Bitcoin тем, что он децентрализован. Над ним нет никакого правительства, которое только и умеет, что печатать фиатные деньги. А вообще блокчейн, по мнению Возняка, будет полезен в первую очередь в медицинской и банковской сферах. Кроме того, он отмечает и ещё одно важное направление — робототехнику. Эта область растёт медленнее computer science и цифровых технологий вообще. «Но я вижу будущее, где роботы везде, и они помогают людям».
Однако делают ли новые технологии жизнь человека лучше? «В целом ответ “Да”, — комментирует Стив. — В любом случае технологии не остановить». Вопрос ведь в том, делают ли технологии нас счастливее, — мы же постоянно изобретаем что-то новое. «Счастливее ли мы людей, живших десятки тысяч лет назад? Когда я был молодым, я решил стать инженером, потому что инженеры создают устройства, которые делают нашу жизнь легче. Я думал, что когда-то мы построим все нужные машины, которые делают всё за нас, и можно будет работать уже не пять, а четыре дня в неделю. Сейчас же в каждом доме полном техники, которая избавляет человека от ручной работы». При этом есть много людей, живущих в постоянном стрессе. И в то же время есть люди, которым технологии позволили заниматься любимым делом, и они счастливы.
Для Стива счастье и является одним из основных критериев оценки качества жизни: «Люди всё равно умирают, мы не можем снизить смертность до нуля. Я не очень забочусь о смерти. Нам надо задумываться о том, что было сделано, была ли жизнь счастливой. Лично я не хочу более долгой жизни, не хочу жить вечно. Есть ли у нас технологии, продляющие жизнь? Да. Сейчас люди живут дольше, чем раньше. Пусть это будет личный выбор каждого. Я верю, что качество жизни важнее её продолжительности». То есть у вас должна быть хорошая счастливая жизнь, а не просто длительное существование.
Что для этого нужно? В своей лекции Стив озвучил три идеи: нужно заниматься любимым делом и совершенствоваться в нём, нужно всегда учиться и развиваться, нужно делиться своим опытом и идеями, учить других и помогать им. «Все люди разные. Обществу нужно множество талантов в очень многих дисциплинах. <…> Что бы вы ни выбрали для своего жизненного пути, вы должны постараться стать одним из лучших в мире – это должна быть ваша цель». Вы можете делать то же, что и миллионы других людей, но вы всегда должны стараться делать это ещё лучше хоть чуть-чуть, добавить что-то особенное. «Если вы любите своё дело, вы сможете стать одним из лучших в нём».
«Я любил математику. В старших классах в качестве домашней работы давали задания после каждой главы – c первого по тридцать седьмое. Я делал все 50, потому что любил это. Когда я занимался разработкой электронных цепей в Apple, я старался сделать их оптимальными — это была моя попытка создать что-то особенное, ведь другие люди тоже делали похожие вещи. Например, мне надо было 78 микросхем, но я ночи напролёт думал над тем, как сократить их число до 76 или даже до 75. Мне это очень нравилось, я был счастлив. <...> В книжном магазине при университете были книги о языках программирования. Я нашёл подработку (мыл посуду) <...> и покупал эти книги. Я изучал то, что не преподавали в университете». Для Стива это было важно, это могло помочь изменить будущее. «Когда ты молод, формируется личность, твои ценности. Ты можешь думать. У тебя больше физических сил. Ты можешь не спать по ночам и думать над проблемой, как это делают все инженеры, учёные, программисты». Любое свободное время – это шанс сделать что-то стоящее. Не стоит тратить его попусту.
«Когда я был маленьким, отец учил меня: учёба важна. Обучение — это моё будущее. Это даст мне работу и доход. Я позволю себе дом и семью. Обучение — экстремально важная ценность. В 10 лет я ему сказал, что тоже хочу быть инженером [в это же время Стив получил лицензию радиолюбителя]. Да, но в 7 лет я хотел стать учителем. Уже после того, как Apple стала успешной, я вернулся в колледж. Но учился под псевдонимом, потому что к тому моменту был слишком известным. <…> Я ходил на курсы по психологии [Возняк стал активно интересоваться мозгом и сознанием после авиационной аварии в 1981 году, в результате которой он получил амнезию], изучая развитие человеческого сознания, особенно у детей. Я раздавал компьютеры школам, просто потому, что, когда есть много денег, делать это просто». Возняк говорит, что он восемь лет работал в школе, обучая детей работе с ПК [пожалуй, ближайший аналог для нас — это уроки информатики]: «каждый день, семь дней в неделю. Я не пользовался никакими учебниками. Я хотел быть нормальным учителем, который взаимодействует с 15-30 учениками <…> Всю жизнь я верил в молодёжь – это будущее мира. <…> Мой шанс — вдохновить юных людей. Каждый раз, когда получается, это вдохновляет и меня, это делает меня счастливее».
На традиционный вопрос о роли open-source Возняк отвечает, что он занимался этим всю жизнь. Идеи, знания, опыт не должны быть запретными — только так можно и нужно развивать собственный ум, опыт. «Другие люди могут посмотреть на твоё творение и добавить свой опыт, сделать следующий шаг. В математике и науке всё то же самое — шаг за шагом, всё новое основано на старом. С open-source всё так же, и это вовсе не значит, что на этом нельзя сделать деньги. <…> В США все компании используют open-source. В университетах молодёжь сразу знакомится с open-source и начинает использовать его, это важно».
Как обычно, под конец лекции Стива попросили рассказать какую-нибудь интересную и полезную историю из жизни Apple. И он поведал «относительно неизвестную историю». Речь идёт о начале 70-х. Он знал, что кто-то изобрёл плату для ПК, которая подключалась к электросети дома. По ней можно было послать сигнал до другого устройства, которое, в свою очередь, включало и выключало свет или делало что-то ещё полезное. Это было здорово, но он знал, что будущее за модемами, которые подключаются к телефонной линии. Однако в те времена подобное было нелегально, потому что тогда был один монополист – AT&T. И он не желал, чтобы кто-то ещё использовал его линии связи. Зато у Возняка была другая, весьма необычная по тем временам штука — Dial-A-Joke. В простейшем случае это автоответчик с записанной заранее шуткой. Любой мог позвонить по номеру dial-a-joke и прослушать свежий анекдот.
Позднее появились более сложные устройства, например с возможностью выбора шуток в тоновом режиме. Сейчас всё это звучит несколько странно, но такие системы были предшественниками современных голосовых меню и порталов (IVR). Стив оперировал единственной в области залива Сан-Франциско (San Francisco Bay Area) системой dial-a-joke, потому что тогда это было чрезвычайно дорого. «Я мог позволить себе арендовать только один автоответчик (купить их было нельзя) Code-A-Phone 700 — по цене, сравнимой с половиной моей арендной платы. Для молодого инженера это было дорого, но я делал это, потому что любил людей. Автоответчик зачитывал до 2000 шуток в день. Возможно, это была самая прозваниваемая немногоканальная телефонная линия в США». К слову, именно с помощью dial-a-joke Стив познакомился со своей первой женой.
Но Возняку хотелось большего — чтобы можно было программно эмулировать телефон: принимать и совершать звонки, понимать сигналы телефонной линии, управлять магнитофоном и так далее. Во время работы в Apple, Стив нанял для этого Джона Дрейпера (John Draper). И они вместе разработали нужную карту расширения для Apple II — Charlie Board, которая в итоге так и не была запущена в массовое производство. Она появилась, по словам Возняка, за 12 лет до распространения модемов. К тому моменту уже не было монополии и таких строгих правил. «Джон написал программу, которая совершала 5000 звонков за ночь – на бесплатные номера различных компаний. Программа перебирала 10 тысяч номеров (4 знака в номере) в поисках свободной исходящей линии. Ради шутки я однажды натравил её на номер Стива Джобса».
Были ли проблемы с полицией в связи с этим? «Нет, хотя я бы мог модифицировать программу так, чтобы звонить на дальние расстояния, но счёт был бы слишком большим. Близкая ситуация была на 3-м курсе, когда я изобрёл BlueBox. Я мог бы бесплатно звонить по всему миру, но я всегда оплачивал телефонные счета. Знаете, в 1971 году мы, например, просто не могли дозвониться в Россию. Можно было, конечно, снова и снова пытаться набирать номера с [международным кодом] 7. Только однажды мне удалось дозвониться, и я был так горд этим».
«А ещё я когда-то создал “необычные деньги” (unusual money), распечатанные на листах. На каждом листе было четыре двухдолларовых банкноты. Лист я продавал за 5 долларов. Однажды ко мне пришли люди из правительства, но я показал им поддельное удостоверение сотрудника секретной службы <…> ради развлечения в течение пяти лет я использовал его при каждом перелёте. На нём было написано, что я офицер, отвечающий за безопасность при использовании лазеров (Laser Safety Officer, LSO). А на фото в удостоверении я был с повязкой на одном глазу. Это был такой юмор». К слову, LSO сейчас вполне реальная должность на многих предприятиях.
*На прощание Стиву Возняку вручили благодарственное письмо за прочтение лекции, а также подарили матрёшку со стилизованным изображением самого Стива.*