Отец биткоина, или Плутовской хай-тек-роман
Центрального героя этой истории, австралийского предпринимателя в возрасте 40 с лишним лет, зовут Крейг Стивен Райт. Суть же главного приключения в жизни Райта для всех читателей, знакомых с классикой советской литературы, можно было бы передать такой конструкцией из аналогий: «О том, как сын лейтенанта Шмидта объявил себя подпольным мультимиллионером Корейко. А заодно и отцом мировой демократии».
Иначе говоря, Крейг Райт – это такой современный вариант Остапа Бендера. В условиях бурного прогресса инфотехнологий он поначалу стриг на этом деньги, как все обычные жулики. Однако от ощущения переполняющих его, но никем не признанных талантов этот персонаж пускается в особо масштабную и сомнительную авантюру, сулящую, как ему кажется, грандиозный куш в финале...
В силу неких субъективных и, возможно, медицинско-психиатрических причин Крейг Райт, безусловно образованный в компьютерных науках человек, отчего-то вдруг решил, что сумеет всех убедить, будто именно он и есть легендарный Сатоши Накамото. То есть тот самый загадочный гений и герой Интернета, который сначала подарил миру Bitcoin, принципиально новую технологию цифровых денег, а затем вдруг исчез, не оставив последователям ни малейших зацепок или идей о том, кто же он.
Поскольку вся суть биткоина выстроена на основе очень сильной и прозрачной криптографии, профессионалы этого дела знают, что для настоящего Сатоши Накамото – если бы он того захотел – доказать факт своего "отцовства" было бы проще простого. Причем доказать это надежно и проверяемо для всех, кто только ни пожелает. Ведь именно здесь, собственно, и заложена мощь криптографической основы у данной системы.
Однако новости и отчеты в СМИ, как известно, готовят совсем не специалисты-криптографы. А Крейг Стивен Райт, будучи человеком явно неглупым, для реализации своей многоходовой затеи общался, конечно же, не с криптографами, а все больше с журналистами популярных изданий сетевой и бумажной прессы. Именно так, собственно, и родилась нашумевшая в мире история про «отца биткоина» Крейга Райта.
При этом с крипто-математической точки зрения никакой истории тут не было вообще. Что же было реально, так это долго готовившаяся попытка надувательства, мгновенно выявленная профессионалами на этапе технической проверки. Попутно обнаружилось много-много слоев разнообразных обманов, сконструированных жуликом для своей гранд-аферы, а в итоге последовательно разоблаченных уже самими журналистами...
Все эти вещи были в заголовках главных новостей около двух месяцев назад, в первых числах мая 2016-го. И многим тогда показалось, что вопрос с очередным лжеотцом биткоина закрыт здесь полностью и окончательно. Однако к концу июня та же самая тема всплыла опять.
Весьма почтенное издание, «Лондонское книжное обозрение», опубликовало гигантскую – на 35 тысяч слов – статью-исследование с кучей подробностей о тайной жизни Крейга Райта. Где он представлен как сложная смесь из (а) компьютерно-математического гения с хрупкой психической организацией и (б) неуживчивого человека с трудным характером, склонного к авантюрам и к раскрашиванию реальности выдуманными подробностями. Именно из-за такого вот неудачного сочетания — делается в статье глубокомысленный вывод — мир просто не понял и не смог разглядеть, что в лице Райта имел дело с настоящим Сатоши Накамото...
Практически одновременно новостная служба Reuters сообщила, что в британское Бюро интеллектуальной собственности поступили на рассмотрение сразу несколько десятков патентных заявок от Крейга Райта, в которых делается попытка застолбить авторские права чуть ли не на все возможные способы применения блокчейна. Блокчейн — это важнейший крипто-компонент в основе Bitcoin, считающийся подлинной жемчужиной этой технологии и сулящий массу полезнейших приложений в самых разных областях.
Иными словами, тема Крейга Райта как «отца биткоина» по-прежнему отчетливо жива, а потому явно имеет смысл еще раз вернуться к рассмотрению ее наиболее существенных подробностей.
Самое, пожалуй, поразительное в поведении представителей прессы, превративших заурядное мошенничество в мировую сенсацию, — то, что все журналисты, в принципе, отлично себе представляли, каким образом надлежит проверять претензии Райта на его якобы "отцовство". Однако в итоге получается так, что, даже зная основы, пресса все делает наоборот.
Наиболее простое объяснение данному факту – журналисты элементарно не понимают криптографическую суть предмета, но при этом считают себя компетентными для самостоятельных суждений. Объяснение менее очевидное – суть-то они понять способны, но она, с их точки зрения, чересчур скучна в своей прямолинейности. А потому, чтобы история была поинтереснее, надо скармливать публике нечто более красочное и интригующее. В публикациях ведущих СМИ, с подробностями писавших про Крейга Райта как вероятного Сатоши, можно без особого труда найти подтверждения и тому и другому объяснению и даже им обоим одновременно (когда и суть очевидно не понята, и сюжет хочется покучерявее).
Для наглядной иллюстрации того, что и как здесь происходило, полезно разобрать зачин одной из наиболее содержательных публикаций в тему – от респектабельного британского журнала The Economist. Где уже в самых первых строках предмет поясняют читателям так:
*Представьте себе особо блестящего ребенка, про отца которого ничего не известно. И тут выступает некто, провозглашающий отцом себя. В реальном мире тест ДНК разрешил бы эту проблему быстро. А вот в запутанном мире биткоина, цифровой криптовалюты, дела обстоят совсем не так просто.*
Слова эти, выражаясь помягче, совершенно не соответствуют истине. Скучная правда жизни заключается в том, что криптографическая верификация, позволяющая проверить притязания на авторство биткоина, в действительности работает не только более быстро и дешево, но и более надежно, чем ДНК-тест на биологическое отцовство. «Мир биткоина», спору нет, участники процесса уже сделали весьма сложным и запутанным, однако на чистоте и ясности криптографических процедур проверки это не сказалось абсолютно никак.
В целом грамотные и компетентные авторы The Economist, конечно же, про криптографические основы технологии знают. А потому технический аспект проверки они помещают на первое место в тестировании. Но попутно выделяют еще несколько основных линий в том многоэтапном тесте на отцовство, который должен был бы пройти Крейг Райт как претендент на титул создателя биткоина:
*Первым в списке идет свидетельство фактическое: может ли господин Райт доказать, что он владеет теми криптографическими ключами, которые должны иметься только у Сатоши Накамото?* *Второе: имеет ли он убедительные объяснения тем дырам и темным местам в его истории, которые обозначились сразу же, когда его впервые представили в прессе как Сатоши в декабре 2015-го?* *Третье: обладает ли он техническими знаниями, которые позволили бы ему разработать такую сложную и умную систему, как биткоин?* *И наконец, четвертое: до какой степени он соответствует тому представлению, которое сложилось у людей о господине Накамото? В частности, что думают об авторстве Райта те программисты-разработчики, которым доводилось лично общаться в онлайне с Накамото на начальном этапе создания системы?*
Вряд ли есть хоть какой-то смысл разбираться со степенями важности остальных «линий тестирования», когда абсолютно достоверно установлено, что первый же – самый главный – из этих тестов, устроенный в апреле 2016-го, Крейг Стивен Райт полностью провалил. Причем не просто провалил, а фактически сразу был пойман экспертами на попытке очевидного подлога и жульничества (варианты подробного разбора проверки специалистами можно найти здесь и более развернуто тут).
Главная интрига здесь даже не в том, что никого из экспертов на закрытую процедуру проверки не приглашали, а из представителей прессы (Би-би-си, The Economist, мужской журнал GQ), лично присутствовавших при этом тестировании, абсолютно никто никакого жульничества не заметил. При этом на процедуре были-таки два весьма известных лидера биткоин-сообщества, Гэвин Андресен и Джон Матонис, которые, казалось бы, должны были понимать происходящее и увидеть в спектакле отчетливые признаки жульничества.
Должны были – но не увидели. Во-первых, потому, что и сами они не криптографы-профессионалы. Во-вторых, потому, что чисто по-человечески им в этой ситуации было выгодно, чтобы Крейга признали создателем биткоина (подробнее об этом аспекте чуть позже). Ну а в-третьих, именно так, похоже, и срабатывает магия жульничества у профессиональных иллюзионистов и мошенников: присутствующие при фокусе люди вроде бы явно должны видеть механику обмана – но никто ничего не видит...
Итак, что мы реально имеем в данной ситуации, так это прецедент первого в истории разоблачения знаменитого жулика на основе строгих математических алгоритмов криптографии. Причем всемирно известным этот жулик стал исключительно благодаря стараниям прессы, лихорадочно занятой поисками и публикацией сенсаций. Но в спешке своей журналисты явно пренебрегли тщательной перепроверкой той информации, которую им прислали некие анонимные источники осенью 2015-го.
На самом деле, как выяснилось довольно скоро, автором сфабрикованного досье-компромата на Крейга Райта как «тайного отца биткоина» мог быть лишь сам Райт. Конечно же, сам мошенник никогда в этом не признается. Однако достаточно лишь аккуратно сопоставить «улики и зацепки» из досье с реальными фактами жизни, чтобы отчетливо увидеть единственного человека, которому все это мифотворчество, ложь и подлоги могли понадобиться.
Для тех, кто слабо себе представляет, как вся эта история начиналась, надо пояснить, что широкая публика в целом и околокомпьютерное сообщество в частности впервые услышали о человеке по имени Крейг Стивен Райт в начале декабря 2015-го. Когда два известных ИТ-издания, WIRED и Gizmodo, практически одновременно опубликовали пару независимых журналистских расследований, где на основе множества разных документов и свидетельств делался вполне однозначный вывод: таинственный Сатоши Накамото – это, оказывается, некий безвестный австралийский гений Крейг Райт.
Блестящий предприниматель и ученый-компьютерщик, обладатель двух докторских степеней и бесчисленного множества степеней магистерских, владелец мощнейшего суперкомпьютера-петафлопсника и нескольких инновационных фирм в области высоких инфотехнологий. И при всем этом счастье – чрезвычайно скромный человек, всячески скрывающий от мира, что именно он и есть автор знаменитой криптовалюты биткоин...
На этот факт вполне определенно указывало целое множество разных документов из досье. Личные письма Райта периода 2007-2008 гг. – с замыслами о новых цифровых наличных и даже со словом «биткоин» в тексте (технология Bitcoin была впервые представлена криптографам интернет-сообщества в конце 2008 года). Записи того же периода из личного веб-дневника Райта, где он вполне прозрачно сообщает о завершении «большой работы» по созданию технологии криптовалюты. Личный адрес электронной почты вида
**satoshi@vistomail.com**. Документы о двух суперкомпьютерах фирмы Райта Cloudcroft, носящих выразительные названия **C01N** и **Sukuriputo Okane** («закодированные деньги» по-японски). Ну и так далее в том же духе.
Сам Крейг Райт и его ближайшее окружение на прямые вопросы репортеров отвечали уклончиво и с загадочными улыбками. Однако в целом массив информации выглядел на первый взгляд весьма убедительно – и сенсационные расследования спешно пошли в печать (сотрудники конкурирующих изданий ближе к финишу узнали, что работают в параллели над одним и тем же материалом). Но вот когда история уже прогремела, а журналисты продолжали докапываться до подробностей, тут-то и стало открываться, что в сюжете этом обнаруживается чересчур много вранья. А неясные темные места с большой вероятностью также сигналят об умышленном жульничестве.
Среди наиболее очевидных и надежно подтверждаемых случаев обмана и мошенничества Райта, вскрывшихся буквально за несколько следующих дней после декабрьских публикаций «сенсации», можно перечислить, в частности, такие.
Хотя персональный веб-сайт героя (ныне давно уже ликвидированный им самим) носил гордое название «Д-р Крейг Райт», на самом деле, как показали запросы в университеты, никаких докторских степеней у него не было. Ни в области компьютерных наук, ни в области богословия. А из бессчетного множества степеней магистерских, свидетельствовавших в резюме о профессиональных познаниях владельца чуть ли не в любых научных и бизнес-областях, основная часть оказалась просто фикцией. Из остальных же – реальных – дипломов и сертификатов почти все были получены Райтом по известным схемам дистанционного обучения.
Что касается ранних интернет-записей Райта о биткоине в личном блоге, то они оказались либо полностью сфабрикованы, либо частично подделаны задним числом. Благодаря копиям веб-страниц в «Интернет-архиве» было надежно установлено, что никаких упоминаний о биткоине и о работе над распределенной криптовалютой вообще в этих заметках не было до конца 2013 года. А добавки такого рода начали впервые вноситься в старые записи с весны 2014-го. Иначе говоря, понемногу готовить себя к признанию биткоин-отцовства Крейг Райт начал как минимум за 20 месяцев до гранд-представления большой прессой в декабре 2015-го. Причем выход Райта на сцену произошел якобы «против его воли» из-за козней неких анонимных хакеров, собиравших на Райта компромат для шантажа и вымогательства.
Чрезвычайно странные факты выяснились и вокруг парка суперкомпьютеров Райта, особенно в отношении сверхмощной машины C01N производительностью 3,5 петафлопса. По документам, этот суперкомпьютер действительно входил в 2015 году в первую двадцатку Top500, очень престижного рейтинга самых быстрых суперкомпьютеров планеты. Но оказалось, что реально данную машину никто в железе не видел (администрация Top500 уклонилась от пояснений, как такое вообще возможно). Компания же SGI, якобы изготовившая суперкомпьютеры Райта, вполне официально заявила, что ничего подобного не делала и никаких контактов с его фирмой Cloudcroft никогда не имела. При этом Райт всегда категорически отказывался раскрыть, где его петафлопсник находится, поскольку «вещь очень дорогая», а самое тут главное – это обеспечить ее безопасность...
Перечисленные «нестыковки в показаниях» – это лишь самая верхняя часть того гигантского айсберга лжи, который воплощает собой историю Райта как отца биткоина. Но одновременно следует подчеркнуть, что всю эту сложную и разветвленную схему обмана, методично конструировавшуюся почти два года, было бы неправильно называть работой расчетливого и хладнокровного жулика.
Скорее даже наоборот, Крейга Райта можно считать типичным примером жулика пламенного и вдохновенного, который и сам практически уверовал в собственную ложь. Причем вера эта настолько сильна, что заражает едва ли не каждого среди тех людей, которые окружают Райта по жизни. Это может казаться невероятным, но все известные на сегодня свидетельства подтверждают, что из тех мужчин и женщин, которые непосредственно контактировали с Райтом, абсолютно все имели – а многие и сейчас имеют – «устойчивое ощущение», что именно он и есть Сатоши Накамото.
Это в равной степени относится как к родителям и женам (бывшей и нынешней) «гениального изобретателя», так и к его ближайшим бизнес-партнерам, обеспечивавшим финансовую сторону предприятия. Это относится к сотрудникам стабильно прогоравших фирм и проектов Райта, остававшихся работать, бывало, даже без зарплаты.
Это же относится и к весьма скептичному от природы (или по его собственным ощущениям) писателю и журналисту Эндрю О'Хагану, специально и заблаговременно – еще осенью 2015-го – нанятому для написания биографии героя. Иначе говоря, тому самому человеку, который получил «полный доступ к телу» и ко всем окружающим Райта людям, а ныне с огромным числом подробностей рассказал о тайном отце биткоина и о его трудной жизни, полной опасных приключений, в июньском номере «Лондонского книжного обозрения».
И это, наконец, – что совсем уж поразительно – относится даже к заметнейшим людям биткоин-движения, Гэвину Андресену и Джону Матонису. Они фактически были единственными среди всех перечисленных, кто реально имел представление о криптографической основе всей этой истории и кто в первую очередь должен был надежно протестировать факт наличия криптоключей Сатоши у самозванца Крейга Райта.
Конечно же, все и всегда понимали, что криптоключи у любого человека можно украсть. Но вот именно в данной ситуации, когда абсолютно никому не известно, кто же такой Сатоши Накамото на самом деле, даже украденные у него ключи свидетельствовали бы, что Крейг Райт как минимум знает об истории рождения биткоина много больше, чем кто-либо еще на планете...
Кроме того, Гэвин Андресен (в свое время получивший статус «главного разработчика биткоина» непосредственно от Сатоши Накамото, когда тот неожиданно решил самоустраниться от проекта), когда его ныне пригласили на официальную процедуру «подтверждения отцовства», заранее сформулировал весьма длинный список критериев, которым, по его мнению, должен отвечать подлинный Сатоши.
Прежде всего, подчеркнул Андресен, он хотел бы получить от отца биткоина электронные письма, подписанные PGP-ключом Накамото. Во-вторых, требуются тексты с такими цифровыми подписями, которые были бы сделаны с помощью криптоключей от самых ранних блоков биткоина, сгенерированных самим Сатоши. В-третьих, Андресен хотел бы увидеть те личные послания, которые Накамото отправлял лишь ему одному. Ну а в-четвертых, Андресен хотел бы вообще посмотреть на электронную почту Райта того начального периода – дабы убедиться, что это тот же самый человек, с которым он переписывался на заре Биткойна.
Как показали дальнейшие события, все эти решительные намерения тут же рассыпались в пыль, едва Андресен начал лично общаться с Райтом. Ловкий жулик мгновенно и без всяких цифровых подписей убедил ветерана, что является его ближайшим союзником в пылающей ныне «гражданской биткоин-войне» (где враждующие лагеря разработчиков никак не могут договориться о конкретных формах назревшей модернизации системы). Попутно Райт осыпал коллегу комплиментами и пригласил из Америки в Лондон, куда Андресену уже куплен билет и где заказан номер в прекрасном отеле – для участия в официальной церемонии по тестированию «ключей Накамото».
Вторым «свадебным генералом» той же церемонии довелось стать Джону Матонису, до недавнего времени возглавлявшему фонд Bitcoin, который отвечает за общее развитие системы и ее продвижение в массы. Этого человека Крейг Райт обработал персонально и заблаговременно еще летом 2015-го. Подробностей об этой операции нет, но со слов самого Матониса известно, что на одном из мероприятий к нему подкатил некий обаятельный незнакомец, наговорил кучу приятных вещей, приправленных намеками на глубокие познания из ранней истории биткоина, а затем величественно удалился. Сразу после контакта Матонис поделился с женой впечатлениями: «Такое ощущение, будто я только что побеседовал с самим Сатоши Накамото».
Понятно, что это смутное ощущение через полгода переросло в абсолютную уверенность, когда в декабре 2015 года пресса «открыла» публике сокровенную тайну Крейга Райта, а Джон Матонис тут же узнал в нем того самого загадочного незнакомца. Отсюда же понятно, наверное, и то, почему именно Матонис оказался вторым представительным лицом биткоина, приглашенным в Лондон на спектакль-церемонию с тестированием ключей Сатоши в апреле 2016-го.
Ну а кроме того, что тоже немаловажно, в гражданской биткоин-войне Матонис принадлежит к тому же лагерю, что и Андресен. И вот это вдохновенное чувство – что сам Сатоши Накамото на их стороне – наверняка тоже помогло полностью заблокировать у людей критическое восприятие происходящего. Иначе оказывается очень трудно объяснить, каким образом грамотные и опытные люди как будто разом ослепли и поглупели, совершенно перестав замечать, что заранее признанный ими «отец биткоина» полностью вывернул наизнанку суть якобы своего собственного творения.
Та базовая процедура верификации для подтверждения подлинности данных, что является основой основ системы, всегда открыто доступна для всех желающих и должна проводиться в самую первую очередь, здесь вдруг стала апофеозом интриги. И проводилась в обстановке ужасного секрета для избранных – конкретное место и время мероприятия окутано тайной, приглашают на него лишь по строгому списку и с категорическим запретом на разглашение информации до определенной даты. А также, наконец, и с собственно массивами «засекреченных данных», никому из участников церемонии не предоставленных для независимой проверки...
Даже теперь, когда имеются возможности рассмотреть всю эту историю в ретроспективе, посторонним людям довольно сложно постичь, на что надеялся Крейг Стивен Райт, когда затевал свой гранд-обман. Ведь понятно же, что, будь он хоть трижды гениальным мошенником, без наличия криптоключей у него все равно не было никаких шансов доказать, что он и есть автор этой криптографической системы.
В теории это, конечно, так. Однако на практике вся история жизни и приключений Крейга Райта на поприще инфотехнологий складывалась таким образом, что множество не только обычных и просто состоятельных, но даже весьма недоверчивых людей с готовностью и на протяжении многих лет совершенно добровольно отдавали ему весьма немалые деньги. Райт, бесспорно, обладает даром развешивать спонсорам на уши свою цветистую наукоообразную лапшу, обильно перемежающуюся непонятными формулами и сулящую грандиозные прибыли в финале.
Никто, вероятно, не знает наверняка, сколько десятков миллионов долларов Крейг Райт уже успел потратить на свои многочисленные суперпроекты. Но достоверно известно, что сейчас он опять в крупных долгах и в очередных бегах от кредиторов и властей. А Австралийская налоговая служба, в частности, давно имеет к нему претензии на 53 миллиона долларов (которые Крейг умудрился выкачать из госказны, хитроумно воспользовавшись налоговыми преференциями государства для национальных ИТ-стартапов и юридическо-финансовыми неясностями вокруг статуса биткоина).
Большие проблемы с австралийскими налоговиками, собственно, и стали одной из главных причин, подтолкнувших Райта к тому, чтобы из «тайного отца биткоина» попытаться преобразиться в общепризнанного патриарха-основателя новых цифровых наличных. Причем произошло это у него как бы само собой: в потоке бесконечного вранья авантюристу однажды довелось сказать «А», для подтверждения сказанного пришлось выдумать «B», в развитие легенды родились «С» и «D», ну а итогом всего стала гора гигантской лжи, перекрывшая обманщику любые пути для отхода.
Если же чуть подробнее, то к лету 2015 года Крейг Райт и несколько его компаний, осваивающих биткоин-ниву, скатились до столь серьезных проблем с долгами и кредиторами, что самостоятельно выбраться из них не было уже никаких перспектив. На помощь пришел один из давних приятелей, канадец по имени Стефан Мэтьюз, который, уже давно находясь под чарами друга, не только считал Райта тайным отцом биткоина, но и сумел убедить в этом другого канадского предпринимателя, главу венчурной фирмы nTrust Роберта Макгрегора.
Эта пара канадцев оперативно решила все текущие финансовые проблемы Райта – но не бесплатно, естественно. Компания nTrust на корню и «почти даром» (фактически за 1,5 млн долларов) купила права на обширную «интеллектуальную собственность» Райта, включающую в себя свыше сотни идей и недооформленных патентных заявок на всевозможные способы применения биткоина и блокчейна. Причем купили все с прицелом – чтобы в дальнейшем это дело сверхвыгодно продать (примерно за 1 миллиард).
Ну а главным условием для гарантирования успеха в столь сомнительном, на первый взгляд, предприятии стало то, что Крейг Райт взял на себя по контракту обязательство – в явном виде открыться всему миру как Сатоши Накамото. Именно в этом случае, как мнилось великим комбинаторам, цена на плоды творчества Гения биткоина взлетит до астрономических высот – сделав их самих сказочно богатыми людьми.
Никто не способен внятно объяснить, как могли многоопытные люди, не первый десяток лет проворачивающие сделки на ИТ-рынке, затеять весь этот новый проект, не проверив прежде всего для самих себя – а есть ли у Райта ключи, подтверждающие, что он Сатоши. Звучит поразительно, но и Мэтьюз, и Макгрегор были без всяких доказательств уверены, что Крейг Райт – это, конечно же, Накамото.
Более того, как пишет в своем огромном мемуаре Эндрю О'Хаган, даже после того, как Крейг стопроцентно завалил все криптографические тесты, эти люди по-прежнему верят, что Райт – все равно Сатоши. А предъявить факт владения секретными криптоключами Райту не позволил некий мифический (и полностью Райтом выдуманный) «трастовый фонд», который никто никогда не видел, но который юридически якобы владеет всеми правами не только на ключи, но и на полмиллиарда долларов в биткоинах Сатоши...
Как свидетельствуют свежие новости прессы и патентных структур Британии, компания nTrust вовсе не отказалась от идеи монетизации своих прав на творчество «их Накамото». Настоящий он там или нет — уже не так важно, главное, чтобы им позволили запатентовать все идеи Райта вокруг биткоина.
Да, конечно, такого рода дела оказываются в вопиющем противоречии с базовыми принципами всей Bitcoin-затеи, начинавшейся как проект свободный, открытый и бесплатно доступный для всех. Но ведь многомиллионные затраты на проект с отцовством Крейга Райта надо же как-то возмещать...