Анхус Давидэз ӧтиз но шуиз: «Улэп Кузё-Инмар! Тон оскиськымон адями, мынам син азям ярамон луысал, тон монэн ӵош ожгарчиос пӧлы пырысалыд, соосын ӵош потысалыд ке; уго мон доры лыктэм дырысеныд та нуналозь тынэсьтыд номыр но уродзэ ӧй адӟы, нош кивалтӥсьёслэн син азязы тон ярантэм адями.
И призвал Анхус Давида и сказал ему: жив Господь! ты честен, и глазам моим приятно было бы, чтобы ты выходил и входил со мною в ополчении; ибо я не заметил в тебе худого со времени прихода твоего ко мне до сего дня; но в глазах князей ты не хорош.