Табере, агай-вынъёсы, мон тӥ доры лыкто но тодмотэм кылъёсын вераськыны кутски ке, соку тӥледлы кыӵе мон пайда ваё, мынам тӥледын вераськонам ӧз ке луы усьтыса веранэз, яке валэктонэз, яке Инмарлэсь кылзэ ивортонэз, яке дышетонэз?
Теперь, если я приду к вам, братия, и стану говорить на незнакомых языках, то какую принесу вам пользу, когда не изъяснюсь вам или откровением, или познанием, или пророчеством, или учением?