Пленысь берытскемъёслэн йыружъёссы пумысен Израильлэн Инмарезлэн верамезлэсь кышкатскемъёс мон доры люкаськизы, ӝыт курбон сётон дыр вуытозь, мон ӝожомыса пуки.
Тогда собрались ко мне все, убоявшиеся слов Бога Израилева по причине преступления переселенцев, и я сидел в печали до вечерней жертвы.