Уясь муртлэн уян понна кизэ вӧлъямез кадь,
со киоссэ вӧлъяз ке но,
нош Инмар солэсь вылтӥяськонзэ
киызлэн кескич ужъёсыныз валче быдтоз.
И хотя он распрострет посреди его руки свои, как плавающий распростирает их для плавания; но Бог унизит гордость его вместе с лукавством рук его.