Озия, атаез кадь ик, чылкак со кадь ик Кузё-Инмар азьын ярамон ужъёс лэсьтыса улӥз, но со Кузё-Инмарлэн корказ ӧз пыра; калык эшшо сьӧлыкаса улӥз на.
И делал он угодное в очах Господних точно так, как делал Озия, отец его, только он не входил в храм Господень, и народ продолжал еще грешить.